У Виктора Пелевина в одном из его романов демона нефти зовут Киркук. Я должен сказать, что Пелевин может оказаться близок к реальности. Иракский город Киркук в последнее время находится в центре внимания аналитиков, которые следят за событиями на Ближнем Востоке.

Киркук, город-миллионник, столица одноименной провинции, находится в 236 км к северу от Багдада и 83 км к югу от города Эрбиль — столицы автономного Иракского Курдистана. Последний не только располагает собственными вооруженными силами минимум в 100 тыс бойцов (пешмерга), но имеет независимое от Багдада правительство, самостоятельно заключает сделки с иностранными корпорациями. Львиную долю доходов Иракского Курдистана дает экспорт нефти — страна производит 600 тыс бареллей нефти в день (всего в Ираке производится около 4,5 млн) и продает их независимо от шиитского правительства в Багдаде.

Иракский Курдистан намерен провозгласить независимость после референдума 25 сентября. Это вызывает острую реакцию Багдада. И дело не только в том, что формальное провозглашение независимости станет очередным актом распада Ирака. Киркук является спорным районом. В самом городе большинство населения составляют курды, а значительное меньшинство — арабы и туркмены, и если первые поддерживают независимый Курдистан, то вторые — нет. Согласно решению местных органов власти, в которых преобладают курды, и правительства Иракского Курдистана в Киркуке будет так же проводиться референдум, против чего Багдад самым решительным образом возражает.

К этническому конфликту и угрозе окончательного распада страны добавляется еще один ключевой фактор — нефть.

Из 600 тыс баррелей курдской нефти 400 тыс производится в Киркуке. Невозможно себе представить, чтобы правительство в Багдаде просто сказало: «С богом, забирайте свою нефть и уходите!». К тому же весной 2018 г в Ираке пройдут выборы. Около 80% населения Ирака (не считая Курдистан) и почти все его руководство — шииты, и вопрос о том, кто будет управлять Ираком, решается в шиитском лагере, где сейчас идет острая борьба. И если премьер Абади продемонстрирует неуверенность в споре о Киркуке, его не поймут собственные избиратели, которые в этом случае могут поддержать на выборах про-иранского политика Нури Малики, постепено набирающего политический вес. Так что Абади мотивирован на борьбу с курдами.

Но и Масуд Барзани, президент Иракского Курдистана, настроен решительно. Референдум о независимости необходим ему для того, чтобы укрепить свое пошатнувшееся влияние, а Киркук необходим как основа экономики Курдистана. В Иракском Курдистане давно не проводились выборы, полномочия органов власти истекли, в стране экономический кризис и по всем этим причинам легитимность президента Барзани и его партии ДПК (Демократическая партия Курдистана) сомнительна. Ему бросают вызов курды Сулеймании (влиятельный клан Талабани и контролируемый им Патриотический союз Курдистана), езиды, готовые провозгласить собственную независимость в Шенгале, РПК (Рабочая партия Курдистан) и другие группировки. Иракский Курдистан вовсе не един. В нем действуют различные вооруженные милиции, этно-конфессиональные общины и партии. Многие из них (ПСК, РПК, Движение Горан, представители езидов) критикуют Барзани. Поэтому маловероятно, что Барзани станет всерьез обсуждать вопрос о Киркуке с шиитами: он уже считает Киркук своим. С другой стороны, борьба за Киркук способна, теоретически, объединить все курдские фракции.

Возможно, попытка охватить рефрендумом Киркук, утвердив присоединение данной территории к Иракскому Курдистану, — вообще главная цель референдума. Есть эксперты, которые думают именно так. Проблема в том, что подобные действия Эрбиля носят односторонний характер. И это делает политику Масуда Барзани крайне опасной.

Масло в огонь подливает операция по освобождению региона Хавиджа на юго-западе провинции Киркук от боевиков «Исламское государство Ирака и Леванта»(ИГИЛ), которую готовит Багдад. Здесь сконцентрированы крупные соединения иракской армии и шиитской милиции Хашд аль-Шааби, что особенно раздражает курдов, так как эта милиция уже участвовала в боях с курдскими формированиями. Курды опасаются, что после освобождения Хавиджи шииты повернут на Киркук. Они так же боятся атаки на Киркук со стороны вытенеснных из Хавиджи боевиков ИГИЛ.

Впрочем, США постраются убедить стороны не открывать военные действия друг против друга. Америка заинтересована в победе над ИГИЛ и опасается, что сценарий курдско-шиитской войны может быть выгоден лишь боевикам. Влияние США и на курдов, и на правительство в Багдаде все еще велико. С высокой вероятностью США сумеют предотвратить войну.

Но после того, как битва с ИГИЛ будет закончена, вероятность курдско-шиитской войны снова резко возрастет.

 

Михаил Магид, востоковед