9 января 2013 года Сакине Кансиз (Сара), соучредительница Рабочей партии Курдистана (РПК) и символическая фигура курдского женского движения, была застрелена в Париже наемным убийцей турецкой секретной службы НРО (Национальной разведывательной организации) вместе со своими товарищами Фидан Доган (Рожбин) и Лейлой Шайлемез (Ронахи). До сих пор никто не был осужден за эти убийства.

Агентство «Фрат» имело возможность взять интервью у Авесты Херекол из Совета погибших ПСЖК (Партии свободной жизни в Курдистане) недалеко от Шахо, горы в восточной части Курдистана в горах Загрос. В интервью нашему агентству эта давно воюющая партизанка рассказывает о людях, стоявших за убийством в Париже, и о мотивах его совершения.

«Если мы обратимся к истории Курдистана, то увидим, что всякий раз, когда человек брал на себя ведущую роль в восстании против политики геноцида, он становился мишенью для контрреволюции. Новаторский дух Сары, ее отношение и сопротивление привлекли внимание врага. Поэтому были приняты меры для сохранения власти над курдскими женщинами», – говорит Херекол.

Жизнь Сакине Кансиз представляет собой, так сказать, хронологию курдской освободительной борьбы. Сара была не только первой женщиной, которая активно боролась в рамках организации с момента основания РПК 27 ноября 1978 года и до своей смерти, но и пионером курдского женского освободительного движения. Уже при жизни она считалась легендой благодаря своему сопротивлению в тюрьме Амеда, где ее подвергали жестоким пыткам.

Тройное убийство Сакине Кансиз и ее товарищей произошло в то время, когда в Турции был начат процесс решения курдского вопроса и на тюремном острове Имрали состоялись переговоры с Абдуллой Оджаланом. Эти убийства были расценены как акт саботажа, направленный на подрыв мирного диалога. Это убийство было также целенаправленным нападением на сопротивление курдских женщин. Работа Сакине Кансиз и ее новаторская роль в освободительной борьбе женщин имели историческое значение.

«Международное сообщество, по общему признанию, считало, что определенное государство играло особую роль в этом заговоре. Но на самом деле он был осуществлен различными силами, которые уже были вовлечены в международный заговор*. В то время Франция подняла большой шум, заявляя, что ничего не произойдет без ее ведома. Иными словами, заговор не состоялся бы без согласия французского государства. Не было никаких сомнений, что Франция знала об этой бойне», – говорит Херекол.

Абдулла Оджалан расценил целенаправленные убийства Сары, Рожбин и Ронахи как продолжение международного заговора – результата сотрудничества нескольких государств – который был начат 9 октября 1998 года и завершился его депортацией в Турцию 15 февраля 1999 года в нарушение международного права. Для него парижские убийства были «хорошо продуманными» и «более серьезными», чем нападение в Сараево. Тройное убийство было бы равносильно объявлению войны, заявил Оджалан 9 января 2015 года во время переговоров в Имрали в рамках мирного процесса.

«В Париже, в том месте, где Клара Цеткин вела свою борьбу, женское движение должно было получить удар в спину в лице убийства Сакине Кансиз. Наконец, турецкое государство совершенно открыто заявляет: «что бы вы ни делали, мы будем продолжать преследовать наши реакционные цели». Несмотря на то, что это было достигнуто в физическом плане, парижские убийства проложили путь к одному из самых крупных восстаний женщин – не только с точки зрения женщин в Курдистане и на Ближнем Востоке, но и во всем мире. Это стойкое восстание противостояло заговору», – говорит Херекол.

Что касается курдского народа, то Турция имеет давнюю традицию геноцида и борьбы с повстанцами. В частности, провинция Северного Курдистана Дерсим, где в 1958 году родилась Сакине Кансиз, была объявлена врагом и прямым объектом звериной политики разрушения.

«Сакине родилась в сопротивлении сражающихся женщин. Она очень рано осознала реальность нации, которая была лишена своей культуры и своего права на существование. В конце концов она сделала то, что все считали невозможным: призвала к сопротивлению и довела его до пика. В сущности, борьба Сары была источником большого страха для врага. Вот почему на нее напали».

Авеста Херекол описывает Сакине Кансиз как храбрую личность, «вся жизнь которой была борьбой».

«Тот уровень, которого сегодня достигло курдское женское движение, является результатом ее сопротивления. Она – лидер женской революции, и мы все чувствуем себя связанными с ней. Своим сопротивлением в темнице Амеда Сара стала символом нашей борьбы. Именно это сопротивление проложило дорогу женщинам во всех частях Курдистана. В Рожаве Арын Миркан и Авеста Хабур вступили на путь сопротивления. В Рожхилате это была Ширин Алам-Холи. С каждым днем женщины Курдистана усиливают свою борьбу против власти, творящей геноцид. Все это благодаря вдохновителю Сакине Кансиз», – подчеркнула Авеста Херекол из ПСЖК.

* Курдское общество называет период с 9 октября 1998 года по 15 февраля 1999 года «международным заговором». В течение этого периода Абдулла Оджалан, вдохновитель и самый важный политический представитель курдов, был объявлен персоной нон грата в Сирии. Ранее тогдашний президент Турции Сулейман Демирель выступил с окончательной угрозой войны против Сирии, если страна продолжит предоставлять защиту Оджалану, который жил там в изгнании с 1980 года. Пока турецкие танки подъезжали к границе, американские военные корабли в Средиземном море усиливали угрозу своего партнера по НАТО. Анкару также поддерживал Израиль, с которым у нее было тесное военное партнерство с 1996 года. Президент Сирии Хафиз аль-Асад не выдержал такого давления и призвал Оджалана покинуть страну.

9 октября 1998 года лидер РПК вылетел из Сирии самолетом в Россию. Через несколько дней Анкара и Дамаск подписали Аданское соглашение, в котором Сирия обязалась больше не допускать деятельности РПК на своей территории.

Тем временем одиссея Оджалана в течение нескольких месяцев проходила через различные европейские страны, но, в конце концов, он был похищен из посольства Греции в столице Кении Найроби 15 февраля 1999 года и передан Турции в нарушение международного права. С тех пор он содержится на тюремном острове Имрали в Мраморном море.