Операция против Кандиля незадолго до выборов не выходит за рамки возможностей режима. Ситуация, в которой оказался режим ПСР-ПНД перед выборами слишком сложна, чтобы ссылаться на классическую предвыборную логику и систему сдержек и противовесов.

Ясно, что два плюс два не равно четырем в этом случае, но сейчас такое время, когда результат невозможно предвидеть. Поэтому, если Эрдоган потеряет голоса, то проиграет не просто выборы. Идеология «политического ислама» является воплощением ПСР и в настоящее время парализована из-за противоправной политики вызванной антикурдскими настроениями, а сам Эрдоган, проигравший на выборах, будет ее духовной и идеологической смертью, смертью всех спекуляций режима, построенного на антидемократических фашистских принципах.

Добавьте к этому опасения относительно физического существования Эрдогана. Таким образом, это действительно вопрос жизни или смерти Эрдогана.

Мухаррем Индже (Республиканская народная партия) и Мерал Акшенер (Хорошая партия) знают, насколько серьезно Эрдоган заинтересован в ситуации. Они обеспокоены тем, насколько крупных монстров этот вопрос жизни и смерти пробудит в Эрдогане и как далеко это заведет его в область безумия. Оба кандидата в президенты находятся в положении, в котором они сами пытаются успокоить Эрдогана комментариями вроде: «Идите в свой закуток и уходите на пенсию», «позаботьтесь о своих внуках», и, по крайней мере, дальше их агитация не распространяется.

«Мы не будем судить вас, мы не станем угрозой вашего существования», — заверяют они.

В такое время следует ожидать, что Эрдоган прибегнет ко всем методам. В топе этого списка находится операция против Кандиля.

Вопрос об операции против Кандиля, так же как и предвыборный вопрос — это обязательные пункты в программе альянса ПСР-ПНД. Бахчели говорит об этой операции больше, чем сам Эрдоган или ПСР. Для него это является предтечей Альянса Джумхур («Общественный Альянс»). Нет никаких сомнений, что успех втягивания Турции в операцию против Кандиля будет использоваться Бахчели больше, чем Эрдоганом. Они попытаются дать вторую жизнь альянсу таким способом.

Мотивы националистической волны шовинизма, поднявшейся с момента разрушения городов во время подавления попыток самоуправления на Юго-Востоке в 2015 году, снова возникают при вторжении в Африн.

Они говорят: «Терроризм — это проклятие этой страны и никто другой кроме нас не может бороться с ним». С такими аргументами они оставляют ПСР беспомощной на политической арене, забивают еще один гвоздь в общественное сознание, готовое поверить, что Эрдоган проложит 4-полосное шоссе к Луне.

Фактически, операция против Кандиля не является первым поворотным пунктом для Эрдогана. Первый такой пункт был выбран в качестве атаки на одного из официальных лиц РПК. Эрдоган очень четко распорядился по этому поводу: «Один или несколько руководителей РПК должны быть убиты до выборов, несмотря ни на что».

Но, похоже, этот план многослоен и запущены меры предосторожности при возможной неудаче и разочаровании. Если будут нападения на руководство РПК, то силы режима будут удовлетворены этим. Если этого не произойдет, то приводится в действие план операции против Кандиля и главной целью операции станет опять же руководство РПК. Если ни одна из этих целей не будет выполнена, то будет просто шоу в виде атак на символические цели.

Сулейман Сойлу (Министр внутренних дел Турции с 31 августа 2016 года) занял свое место за занавесом в соответствии с договоренностью, предложенной в рамках ПСР. Похоже, Эрдоган увидел проблемы с неуверенностью MIT в этом вопросе и дал задание Сойлу. Сойлу работает вместе с MIT в этом процессе и реализует план, который должен подтолкнуть ДПН (Демократическая партия народов) к проценту ниже 10 (процент избирательного порога). Это с одной стороны. С другой, он тщательно подчеркивает необходимость операции против Кандиля.

Некоторое время назад в СМИ были вброшены обвинения в покушении на Эрдогана, чтобы проверить, как общество отреагирует на них. Эти махинации являются продуктом той же особой военной ментальности. Мы можем ожидать новых действий в этом же ключе.

Да, сейчас у Турции есть условия для проведения военной операции против Кандиля. Но не обманывайтесь. Потому что эти условия были всегда.

Для ПСР разговор о победе и достигнутых позициях это чистая символичность в данном вопросе. Наиболее важная часть состоит в том, чтобы сосредоточиться на результате.

Что же произойдет, если будет начата атака на Кандиль? Вот возможные результаты.

Эта операция изменит многое в региональном балансе сил. И этот акт агрессии несовместим с внешней политикой любого из региональных субъектов. Таким образом, операция станет еще одним пунктом в длинном списке поражений Эрдогана во внешней политике. На Ближнем Востоке Эрдоган — проигравший, а РПК — победитель. Развитие событий в регионе будет и впредь способствовать укреплению РПК, особенно на дипломатической арене.

Для администрации ДПК (Демократическая партия Курдистана), которая теряет престиж в национальной политике, это не приведет к положительным результатам, а еще больше обострит кризис в партии (не важно, является ли ДПК частью этого плана сознательно или просто закрывает глаза на ситуацию). Возродятся настроения среди населения Южного Курдистана, возникшие после операции ZAP, и политика ДПК будет определена как коллаборационистская и вероломная, в то время как РПК будет рассматриваться как истинный защитник Южного Курдистана и народа. Растущий дух национального единства может даже убрать ДПК с политической арены.

Поскольку Кандиль занимает особое место в политическом ландшафте, «беспроигрышное» уравнение принесет пользу РПК именно в это время и в этом месте. Вдобавок к тяжелым поражениям врагов в военном смысле исчезла бы старая политическая линия, звучащая так: «Мы войдем в Кандиль и искореним террор». Идея о том, что РПК может быть побеждена будет разрушена и сама РПК добьется еще одной победы.

А Сулейман Сойлу станет безработным.