Сражение в Кызылдере 30 марта 1972 г., в ходе которого были уничтожены наиболее яркие лидеры революционного движения Турции 1960-х гг., стало своеобразным Рубиконом, разделившим турецких левых и будущих апочистов.Ключевой вопрос состоял в том, как оценивать произошедшее в Кызылдере ? Кызылдере стало важнейшей частью истории революционного движения Турции, его пиком и вместе с тем крупнейшим поражением. Турецкие левые (Dev-Sol) рассматривали Кызылдере как событие, которое позволило революционерам порвать с 50-летней традицией реформизма и оппортунизма. Кызылдере стало героическим примером революционного самопожертвования, так как группа Махира Чаяна захватила трех британцев, работавших на объекте НАТО, для того чтобы предотвратить казнь Дениза Гезмиша и его товарищей. Турецкие левые поставили Кызылдере в основание своей стратегии, тем самым лишая себя возможности критически проанализировать причины поражения НОПТ-Ф . Партия Махира Чаяна, не избавившись полностью от влияния идей Михри Белли (Milli Demokratik Devrim), переоценивала важность субъективного фактора революции. В какой степени их можно сравнить с русскими народовольцами, которые полагали, что их борьба станут толчком для действий революционных масс. С точки зрения М. Чаяна, революционная ситуация в Турции в начале 1970-х гг. уже сформировалась и турецкие левые были готовы к началу полноценной вооруженной борьбы с режимом. Совершенно неслучайно они называли свои вооруженные формирования : партия-фронт или армия.
Абдулла Оджалан в противовес идеализации Кызылдере попытался ответить на вопрос : почему революционеры проиграли ? Именно концентрация на анализе ошибок привело его к пониманию необходимости ведения долгой и упорной подготовительной работы для начала вооруженной борьбы. Турецкие революционеры начала 1970-х гг. не в полной мере использовали возможности организации на базе палестинских военных лагерей, которые позволили бы сохранить кадровый костяк революционных организаций. Дениз Гезмиш и другие революционеры проходили подготовку в лагерях палестинских федаинов, но после прохождения обучения они возвращались на родину. У них не было собственных лагерей в Ливане или Сирии, в рамках которых происходило бы постоянное обучение партизанской борьбе и усиленная идеологическая подготовка. В преддверии военного переворота 1980 г. РПК переносит свою базу в Сирию, что фактически спасает организацию от уничтожения. Впоследствии сторонники DHKP-C стали обвинять апочистов в бегстве, которое якобы привело к поражению революционного движения. Но если посмотреть на судьбу всех революционных организаций Турции после 1980 г. – все они были полностью разгромлены. Левому движению был нанесен столь сильный удар, что оно могло оправиться от него только в 1990-е гг.
Немаловажной ошибкой Чаяна и его товарищей стало решение о формировании очага партизанской борьбы в причерноморской части Турции (ил Токат). При базировании в этом регионе движение не имело возможности свободно перемещаться, так как ил мог быть окружен со всех сторон, что собственно и произошло. РПК действовало в приграничной зоне (Турция-Ирак), что позволяло организации свободно перемещаться из одной страны в другую, сохраняя в целости свои партизанские базы
При всех своих ошибках Махир Чаян и другие товарищи были подлинными революционерами, которые боролись за светлое будущее для всех народов Турции. Анализ их ошибок позволил РПК выработать правильную стратегию и тактику, которая отталкивалась от необходимости ведения затяжной партизанской войны. . В своем интервью за 1997 год Оджалан говорит: «Если бы «Поражение 1971 г.» не произошло для меня в форме Кызылдере, я остался бы сочувствующим или членом DHKP-C ; я, возможно, не рисковал бы, пытаясь структурировать новую теорию…» .

Максим Лебский