Спустя два года после начала кризиса между Катаром с одной стороны и Саудовской Аравией, Объединенными Арабскими Эмиратами, Бахрейном и другими странами, включая Египет, с другой (противостоящая Ирану коалиция) Доха, как представляется, находится в хорошем положении, расширяя дипломатические и торговые связи со множеством государств и не приняв ни одного из 13 требований, предъявляемых к ней ее антагонистами.

Раскол в суннитском мусульманском мире разразился в июне 2017 года, когда эти страны разорвали отношения с Дохой, сославшись на ее предполагаемую поддержку терроризма и на ее тесные отношения с Ираном. Они потребовали, чтобы Катар закрыл свою новостную сеть «Аль-Джазира» и разорвал связи с «Братьями-мусульманами» в качестве условия восстановления нормальных отношений. Другие требования включали политические и экономические ограничения, которые помешали бы Дохе иметь какое-либо дипломатическое представительство в Иране или экономический обмен с этой страной.

Однако Катар отказался подчиниться давлению. Он обвиняет своих арабских соседей по Персидскому заливу в проведении «осады» путем введения жестких ограничений на суше, море и в воздухе.

Мохаммед Аль-Мусафер, преподаватель политологии катарского университета, рассказал СМИ, что за последние два года Доха достигла многого, а ее иностранные инвестиции увеличились.

«Катару удалось укрепить свой внутренний фронт и объединить национальные силы внутри самой страны больше, чем когда-либо», – сказал Мусафер, добавив, что осадное положение не смогло изолировать эмират. – Катар становится самостоятельным − по крайней мере, от всех товаров, которые он импортировал из государств, принимающих участие в осаде». Мусафер пояснил, что Катар расширил круг связей в арабском регионе, а также на международном уровне, укрепил свои отношения с группой африканских стран и Европейским Союзом.

Кроме того, Мусафер отметил, что американо-катарские отношения превосходны: обе стороны подписали стратегические соглашения в таких секторах, как образование, здравоохранение и оборона.

Политолог заявил, что некоторые страны, присоединившиеся к «осаде» Катара, изменили свою политику и связались с Дохой в целях восстановления нормальных отношений.

Мусафер заявил, что одной из причин провала блокады Катара стал спор, который возник относительно «арабского НАТО», предварительно названного Ближневосточным стратегическим альянсом (MESA). Это было американо-саудовское предложение, предназначенное для противодействия авантюризму шиитского Ирана.

«Египет отказался от предложения, согласно которому штаб-квартира этого Альянса находилась бы в Саудовской Аравии, где Египту пришлось бы разместить свои подразделения − тем более что Саудовское королевство никогда не проходило через реальные войны, — уточнил он. — Арабское НАТО потерпело неудачу, эта организация существует лишь на бумаге».

В прошлом году администрация США начала изучать идею создания нового органа безопасности, в состав которого войдут ближневосточные суннитские страны. Его члены, как предполагается, будут стремиться к углублению сотрудничества в области противоракетной обороны, военной подготовки и борьбы с терроризмом, укрепляя при этом более широкие политические и экономические связи.

В прошлом месяце в рамках подготовки к началу работы MESA Саудовская Аравия странным образом обнародовала сведения об арабо-американской встрече, в которой участвовал Катар. Встреча состоялась в саудовском королевстве 8 апреля с участием представителей высокого уровня из США, ОАЭ, Бахрейна, Кувейта, Омана, Катара и Иордании.

«У государств – членов арабского НАТО разные интересы, и у них имеются проблемы друг с другом», – сказал Ибрагим Хадж Ибрагим, преподаватель политологии Университете Бирзейта в интервью Media Line. Ибрагим уточнил, что страны арабского НАТО, возможно, и договорились о взаимном враге, но остаются разделенными по другим вопросам, что не поможет им в формировании совместных сил безопасности.

Отвечая на вопрос о блокаде, он подчеркивает, что Доха не подчинилась предъявляемым к ней требованиям, но сумела адаптироваться к новой ситуации: «Ей пр шлось нелегко в течение первой недели осады из-за Саудовской блокады на рынке Катара. Однако в ответ на это Анкара открыла свои рынки Катару и направила свои войска в эту страну для ее защиты».

Первые турецкие соединения прибыли в Катар в прошлом году и установили военное присутствие Анкары в Персидском заливе, к большому негодованию соседних стран. В настоящее время в Катаре насчитывается примерно 3000 турецких военнослужащих, и их численность может достигать 5000 человек в соответствии с соглашением между двумя государствами.

Низар Аль-Макан, тунисский писатель и эксперт по международным отношениям, разъяснил средствам массовой информации, что Катару удалось с 1990-х годов по первое десятилетие нынешнего столетия построить широкую сеть влияния почти во всех арабских государствах: «Доха всегда поддерживала исламскую оппозицию в большинстве арабских стран».

Макан подтвердил, что правительство Катара использовало эту сеть для пропаганды своей политики во многих странах и для влияния на правительства.

Макан пояснил, что эмирату удалось создать свои сети средств массовой информации, включая «Аль-Джазиру», которая доминирует среди СМИ Ближнего Востока и задает тон в общественных дебатах.

«Катар намеревался расширить свои внешние связи, потому что он знает, что от него могут отказаться в любое время, — сказал Макан. — Когда же бойкот был наложен на Катар, он быстро перешел к укреплению отношений с Турцией, что помогло ему экономически».

Стратегия Дохи после начала кризиса заключалась в укреплении отношений со странами, в которых правили исламисты. Это помогло Катару успешно выдержать бойкот.

Саудовский политический аналитик Мохаммед Сулами, глава Международного института изучения Ирана, сообщил СМИ, что спор между Катаром и другими государствами Персидского залива существует уже много лет. «Ни одна из стран не собирается восстанавливать отношения с Катаром, если он не ответит на их требования», – сказал он.

Аналитик считает, что Доха пострадала от бойкота, но катарские СМИ пытаются скрыть это и показать обратное: «Западные СМИ утверждают, что Доха затронута санкциями, и вот это как раз является реальностью».

Сулами добавил, что аэропорт в Дохе не так сильно загружен, как до блокады. Кроме того, он указал на остракизм, которому подвергается Доха в результате бойкота.