Это свидетельствует о возросшей обеспокоенности Тегерана в связи с перспективой возобновления нестабильности и отсутствия безопасности.

Буквально через несколько недель состоялся обмен визитами между Тегераном и делегациями талибов. Иранские и талибские представители встречались не в первый раз, но, в отличие от прошлого, иранцы обнародовали этот факт.

Наряду с этими событиями министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф признал, что его страна сотрудничает с талибами. Он также подытожил нынешнее мнение Ирана о талибах: «Было бы невозможно иметь будущий Афганистан без какой-либо роли для талибов».

Как сформировались недавно разрекламированные отношения Ирана с талибами и как это может повлиять на будущее переговоров между ними и США?

Экономические связи

Иран стал экономическим спасательным кругом для раздираемого войной Афганистана. Тегеран сделался крупнейшим торговым партнером Кабула в прошлом году. Объем торговли настолько значителен, что администрация Трампа разрешила некоторые исключения из санкций, чтобы позволить завершить строительство иранского порта Чабахар, даже когда Соединенные Штаты выдвинули стратегию «максимального давления» против Ирана. Это исключение позволит Индии продолжать развивать район на юго-востоке Ирана, который имеет важное значение для афганской экономики.

Иран также является домом для миллионов афганских беженцев. Он репатриировал несколько сотен тысяч афганцев, возвращение которых может создать дополнительную нагрузку на афганскую экономику.

Враги по необходимости

Хотя Соединенные Штаты и Иран разорвали дипломатические связи во время кризиса с заложниками в 1979-1981 годах, у двух стран были редкие случаи сближения. Среди этих дипломатических инициатив —американо-иранское сотрудничество, которое характеризовало первые дни американской военной кампании в Афганистане в 2001 году. Оно сыграло важную роль в создании нового правительства в Кабуле, по словам Джеймса Доббинса, который служил посланником президента Джорджа Буша-младшего в Афганистане. Хотя это американо-иранское сотрудничество было недолгим, Иран длительное время терпел присутствие США и НАТО в Афганистане.

Тегеран в значительной степени воздерживался от участия в способной навредить США деятельности в Афганистане. В отличие от далеких театров военных действий (ТВД), таких как Сирия и Йемен, безопасность и стабильность Афганистана необходимы Ирану. Тегеран стремился избежать рисков, связанных с последствиями вытеснения Соединенных Штатов из Афганистане, в отличие от других ТВД.

Интересы США и Ирана также совпадали в других областях, хотя и в разной степени. Обе страны (как и союзники Соединенных Штатов по НАТО) были обеспокоены новым притоком беженцев, торговлей наркотиками и возможным возвращением талибов и Аль-Каиды в Афганистан, а также способностью этих группугрожать иранским и другим границам и населению, действуя из Афганистана.

Новый партнер Ирана

К концу первого десятилетия войны позиция Ирана в отношении талибов начала меняться. Рост влияния отделения Исламского государства в Афганистане, известного как Исламское государство в провинции Хорасан (организация запрещена в России), сильно беспокоил иранцев, начиная с 2014 года. Страна уже стала свидетелем того, как ее западный сосед, Ирак, был захвачен этой террористической группировкой и утратил контроль над частью своей территории. Лидеры и боевики Исламского государства дали понять, что они также планируют нападения на иранскую землю.

Тегеран стал воспринимать Талибан как меньшее из двух зол, рассматривая сотрудничество с этими повстанцами как способ подорвать ИГИЛ-Хорасан, даже когда события в ряде регионов оказались более сложными, а отношения между ИГИЛ и Талибаном более текучими (некоторое количество боевиков талибов перешли в ИГИЛ-Хорасан, —прим.). Совокупность интересов заставила Иран сформировать партнерство с движением Талибан.

С 2016 года иранские официальные лица считали, что главный соперник их страны, Саудовская Аравия, становится все более напористым в Афганистане, поэтому они стремились помешать росту влияния Эр-Рияда. Это произошло на фоне обострения саудовско-иранскихотношений после того, как две ближневосточные державы разорвали связи в том же году. Иран счел необходимым создать оплот против саудовского господства в афганском политическом и религиозном ландшафтах, а так же в сфере безопасности, путем налаживания связей с группами, выходящими за рамки его традиционных союзников (главным образом, входивших в Северный Альянс). Но иранцы рассматривали подъем талибов как свершившийся факт и пытались наладить связи с некоторыми талибскими группировками, чьи более умеренные позиции делали их достойными кандидатами для сотрудничества (движение Талибан расколото на несколько фракций. Эти фракции действуют в рамках одного движения, но довольно независимы друг от друга. Некоторые склонны к переговорам с противниками, другие, напротив, предпочитают, главным образом, военные решения, —прим.).

Это не было новым подходом для Тегерана, который долгое время предпочитал осторожное сотрудничество вместо конфронтации с группами, которые он считает угрозой своей безопасности (в том числе это относится к Аль-Каиде (организация запрещена в России), — прим.).

Но идеология также сыграла свою роль в налаживании связей между Ираном и Талибаном: у них имелась общая цель, которая состояла в подрыве американского присутствия в Афганистане и в соседних с ним странах. В то же время Иран не желал видеть полного вывода американских войск из Афганистана, что, по его мнению, могло привести к новому погружению страны в хаос. Тегеран хотел минимизировать американское присутствие там.

От тайного к явному

Поддержка Тегераном талибов оставалась в значительной степени скрытой до прошлого года. Иранские официальные лица часто опровергали сообщения о том, что их страна оказывает помощь этой повстанческой группировке.

В 2018 году некоторые признаки указывали на возможный переход к более открытым отношениям между Ираном и Талибаном. Tasnim News, издание, связанное с разведкой Корпуса Стражей Исламской революции, опубликовало доклад, в котором было указано на жизнеспособность талибов как силы, противостоящей ИГИЛ-Хорасан, одновременно служащей буфером против американцев и де-факто управляющей некоторыми регионами Афганистана.

Сегодня, в то время как Соединенные Штаты подсчитывают свои потери и надеются вывести войска из Афганистана, Иран, наконец, обнародует свои отношения с этим важным игроком в афганской политике. Эти отношения с движением Талибан в настоящее время охватывают экономическую сферу, сферу безопасности и политическую сферу и, вероятно, будут расширяться по мере того, как Талибан вновь заявит о себе.

До сих пор Иран в основном воздерживался от действий, которые могут сорвать или осложнить переговорный процесс [в Афганистане], но у него есть возможность взять на себя эту роль. И талибы могли бы использовать свои связи с Тегераном, чтобы делать меньше уступок на переговорах с Соединенными Штатами. Понимание того, что движет Ираном в Афганистане может помочь смягчить эти риски.