Зийнат Саглам находится в настоящее времяв одиночной камере в закрытой женской тюрьме Тарсуса по обвинению в «членстве в террористической организации». Одиннадцать дней назад она объявила голодовку, так как ее обращение и обращение ее друзей, арестованных по тому же делу, было отклонено администрацией тюрьмы. Саглам говорит, что продолжит голодовку, пока ее требование не будет удовлетворено. Через своих адвокатов она рассказала, что случилось с ней в Африне и Турции.

Саглам была в районе Джандарис во время операции против Африна. Она утверждает, что Турция совершила военные преступления в Африне через членов турецкой разведки MİT и Сирийской свободной армии (ССА), и она стала свидетелем этого.

ЧТО ПРОИСХОДИТ ПРИ ВТОРЖЕНИИ?

Саглам рассказала, что жилые районы были подвергнуты бомбардировке и уничтожению, дома и магазины были разграблены как «трофеи войны», вода была отрезана, и в ходе операции были часты случаи издевательства и изнасилования, и добавила, что десятки людей, включая детей, женщин и стариков, тысячами были вынуждены мигрировать из Африна. По ее мнению, мир стал соучастником в результате молчания перед лицом этого преступления против человечества.

Саглам сказала, что ее отец и дочь погибли в том же доме, в котором она находилась во время воздушного налета 10 марта 2018 года в деревне около Джандариса. Саглам сама была ранена при том же нападении и некоторое время оставалась в развалинах.

Саглам был захвачена ССА и солдатами, когда она покидала развалины. Ее похитители надели на нее форму ЖОС. «Они меня так фотографировали, — сказала Саглам. – Чтобы скрыть совершенную ими резню, турецкие солдаты положили на стол несколько тарелок с едой, дали мне в руку стакан и сфотографировали. Солдат в малиновом берете из коммандос снял видео, скандируя такбир. Затем они отвели меня в комнату, связали мне руки и ноги и завязали глаза. Ночью меня отвели в другой дом и пытали с помощью дубинок, кабелей и шлангов».

Саглам говорит, что часто теряла сознание из-за пыток: «Эти люди пытались перерезать мне горло ножами, они угрожали обезглавить меня. Затем они отвели меня в ванную. Там они сняли мою рваную одежду и велели мне надеть одежду, которую они принесли. Затем меня отвели в мечеть. Повторяя такбир, они попытались обезглавить меня перед мечетью. У меня не было воды в течение нескольких дней, поэтому я попросила воды. Они приставили нож к моему горлу. Некоторое время спустя кто-то позвал их, и они посадили меня в машину, чтобы отвезти из Африна в Азаз».

СЛЕДОВАТЕЛИ БЫЛИ ЧЛЕНАМИ MIT

Саглам сказала, что ее пытали на протяжении всего путешествия. В Азазе ее поместили в камеру с пятью женщинами из Африна, подвергшимися жестоким пыткам. Саглам была допрошена человеком, который, по ее словам, был членом MİT. Ее пытали и угрожали изнасиловать по приказу этого человека. Саглам также сказала, что члены MİT в этом центре показали ее другим задержанным под пыткой для идентификации.

«МЕНЯ СВЯЗАЛИ И ПРИВЕЗЛИ В АНТЕП»

Там ее систематически пытали в течение месяца, а затем отвезли в Антеп со связанными руками и ногами, завязанными глазами и с мешком на голове. Члены MİT одели ее в черное платье и поместили в комнату с единственным матрасом, вокруг которого были разбросаны силовые кабели.

«Я была изранена, ступни были в волдырях. Мое тело болело от пытки током», — рассказывает Саглам.

По ее словам, она подвергалась пыткам в течение двадцати дней, и была доставлена обратно в Азаз. Она содержалась в камере с тридцатью восемью женщинами, которые подвергались пыткам, притеснениям и изнасилованиям. Все они были травмированы, и «каждая секунда в камере была пыткой».

УГРОЗЫ ДЛЯ ДАЧИ ПОКАЗАНИЙ

Саглам сказала, что ей пришлось подстричь волосы, потому что они были слишком грязными после двух месяцев и двадцати дней пыток. Заключенным давали очень небольшое количество еды, и только раз в день. Саглам сказала, что через три месяца она была доставлена в Килис для встречи с прокурором. Она была вынуждена дать показания на камеру против РПК. «В прокуратуре также было психологическое давление. Они принесли фотоаппарат. Мне сказали, что РПК пытает людей. Член MIT, пытавший меня в Азазе, сказал: «Ты никому не скажешь, что мы с тобой сделали, что ты видела. Ты не будешь ни с кем разговаривать. Если ты это сделаешь, мы найдем тебя и убьем». Затем меня арестовали в том суде, куда меня направили, и отправили в тюрьму Килис, где я пробыла 23 дня. Потом меня перевели в тюрьму Тарсуса».

Саглам обыскали в закрытой женской тюрьме Тарсуса. Она была доставлена в больницу и получила справку о ранах и признаках побоев на теле. Она не была помещена в ту же палату, что и другие арестованные по тому же делу, поскольку «раны на ее лице не зажили».