Распад СССР и окончание «холодной войны»  заставили многих поверить, что наступил конец двухполярного мира.

Проводились исследования, посвященные победе капитализма. В частности, Ф. Фукуяма рассматривал этот этап как новую форму неолиберализма, последнюю существующую  идеологическую  и экономическую модель, то есть в качестве  завершающего устройства мира. Все это использовалось для установления идеологического господства.

Возникла иллюзия, что империализм распространяет по всему миру демократию, США прекратили поддержку диктаторских режимов и организацию военных переворотов.  Подобного рода теории должны были ввести в заблуждение общественное мнение.

Вся эта пропаганда представляла собой очередную идеологическую атаку капитализма, проводимую с целью установления нового мирового порядка, то есть очередной ступени развития капитализма и империализма.
В соответствии с этой теорией классовая борьба, как и другие формы социальной борьбы, должна была уступить место всеобщему  единению. Капитализм, используя все имеющиеся в его распоряжении возможности, пытался внедрить подобные иллюзии в сознание людей.

Девяностые годы прошлого века фактически стали периодом господства теории мирового господства современного капитализма, его властвующих классов. На самом деле это была утопия, далекая от реальности.
В то время никто не мог даже вообразить те события, которые происходят сейчас, — это считалось совершенно невозможным. Кровавые конфликты  на Балканах, Кавказе и в других частях земного шара  преподносились как борьба общества против социализма и диктатуры.

Подобные заявления звучали довольно долго — вплоть до войны в Персидском заливе и начала вторжения в Ирак. Как утверждалось,  «демократизировав»  Ирак,  США «распространят» демократию в Саудовской Аравии, Сирии, и во всем Ближневосточном регионе начнется век свободы и демократии, принесенных  «на штыках» империализма.
Разумеется, мы прекрасно понимали, что это противоречит и самой природе, и государственной системе капитализма,  причем  с каждым днем данная истина становится все яснее.

В получивших широкую известность во всем мире теоретических исследованиях нашего движения указывается, что первые социальные проблемы возникли на основе социального и полового неравенства,  а также  эксплуатации. Если учесть, что классовое неравенство, урбанизация и угнетение женщин  существуют  в наши дни и даже закреплены государственными структурами, то это означает:  эксплуатация, усиленная политическими и социальными проблемами, по-прежнему существует и сейчас.

После вторжения США в Ирак стало ясно: заявления о том, что неолиберализм является последним этапом развития общества — очевидная ложь. Расплатой за иллюзии стали колоссальные жертвы. Пятьсот тысяч человек погибли в результате военного вторжения США в Ирак, страна погружена в хаос и кризис, подобного которому не было в истории Ирака.
Происходящее не искупает даже то, что  Южный Курдистан, являющийся, в сущности, результатом реализации капиталистического проекта, получил возможность развития языка и национальной культуры. Да, курды достигли многого, но это отнюдь не означает, что все происходящее на Ближнем и Среднем Востоке является прогрессивным и нормальным.
Необходим комплексный взгляд на ситуацию. Более того, сохранение существующего положения чревато опасностью еще более страшного геноцида курдской нации — такая опасность угрожает всему Ближневосточному региону, причем имеются в виду не только межконфессиональные, но также  межэтнические и прочие конфликты.
Опасность, грозящая  всему региону, создана вмешательством США, вооруженным вторжением на Ближний и Средний Восток, осуществленным с целью усиления влияния Вашингтона. Просто так США регион не оставят, но как избавиться от этой угрозы? Осознав, что войны девяностых годов не позволят установить мировое господство, Вашингтон во время войны в Персидском заливе и вторжения в Ирак прибегнул к новым путям и методам, новой политике и тактике.

Возникают новые стратегии, например, план Бейкера, тезис о необходимости сотрудничества с региональными силами и так далее. Стали улучшаться отношения с Западной Европой, осложненные вторжением в Ирак, а также развиваться связи с консервативными силами Ближнего Востока. Таким  способом  США надеялись решить существующие проблемы, но и этот обновленный вариант старой политики также не принес желаемого результата.

К этому периоду относится резкое усиление активности — подъем арабского мира, являющийся  уникальным историческим явлением. Этот процесс еще не завершился, и пока мы не можем говорить о его итогах. Но совершенно ясно, что вскоре мы увидим политические, социальные и исторические результаты этого феномена.

США пытаются использовать этот процесс, манипулируя общественными силами в собственных интересах. Но, тем не менее, никакие усилия Вашингтона, в том числе использование радикального ислама,  не позволяют Соединенным Штатам подчинить себе арабский мир: все это уже в прошлом. Отныне народы не приемлют ни внешние силы и их региональных приспешников, ни своего прежнего статуса.

То, что происходит сейчас в арабском мире, стало  выражением недовольства, протестом против тысячелетиями существовавшей государственной системы и развивается шаг за шагом. Мы можем смело утверждать, что население Ближневосточного региона является одним из наиболее сознательных, лучше всех на собственном опыте изучивших государственную систему, ее насилие и тиранию.

Граждане Соединенных Штатов просто не в состоянии представить весь механизм воздействия государственной машины Ближнего и Среднего Востока. Даже  страны  Латинской Америки не сталкивались со столь глубокими социальными проблемами, как те, которые созданы  на  Ближнем  и Среднем  Востоке, где государственная машина подавляет, уничтожает, эксплуатирует людей в течение пяти тысячелетий. Где еще можно столкнуться с таким возмущением общества и отторжением им государственной системы?

Часто приходится слышать о мудрости Ближнего Востока, о том, что  мудрость свойственна даже людям, не получившим классического образования. Эта истина становится еще яснее после знакомства с европейским обществом. Европейцам зачастую присущ поверхностный взгляд на события и явления в отличие от мудрости и глубины Ближнего Востока.
Именно  глубина мышления привела людей, населяющих Ближний и Средний Восток, к отторжению существующей государственной системы. С этим связано также  противодействие системе, которое гегемонистским силам  так и не удается взять под контроль. Террористическая сеть «Аль-Каида» и другие группировки используют социальный протест в своих интересах. Именно неприятие старого и отсутствие нового создает условия для существования «Аль-Каиды» и ей подобных.

Соединенные Штаты пытались использовать в своих интересах социальные протесты и восстания на Ближнем и Среднем Востоке, в том числе ПСР, Мурси, исламские силы сирийской оппозиции, но это не удалось, более того, ситуация даже ухудшилась.

Стало ясно, что управлять этими силами, которые называют «исламскими», совсем не так легко. Вашингтон решил, что для воспитания и подчинения исламистов нужно время. Для низложения Мурси, поставленного на место Мубарака, пришлось прибегнуть к помощи армии. ПСР, разумеется, продолжает оставаться прислужницей США, угодливо выполняя все приказы империалистов и сохраняя статус — кво. Но в том, что касается Сирии, Египта и региональной политики, даже ПСР постепенно выходит из-под контроля Вашингтона.

Курдская проблема и необъявленная война с РПК столкнули ПСР и США. У Соединенных Штатов возникла новая тенденция: систему , в которой активно участвуют исламисты, создать не удалось. США поняли, что защищать интересы Вашингтона исламисты не могут,  и решили заняться их воспитанием.

Вооруженные конфликты на Ближнем Востоке происходят с участием Вашингтона. Оппозицией этой мировой системы стали Россия и Китай, противостоящие США еще во времена «холодной войны». В настоящее время Соединенные Штаты конфликтуют и с региональными силами Ближнего Востока, и с Китаем, и с Россией.

США  пытаются избавиться от таких «союзников», как Мурси в Египте и ПСР в Турции. Противоборство организации Фетуллаха Гюлена и ПСР затрагивает не только Турцию, но и весь Ближневосточный регион, потому что Соединенные Штаты хотели бы, используя  Гюлена,   завербовать  новых турецких вассалов. Именно поэтому необходимо более серьезно, более осторожно, с большей ответственностью подходить к данной ситуации. Нас могут ожидать здесь два серьезных обстоятельства. Первое — это последователи Гюлена, второе — «Аль-Каида», которая представляет собой тупик. «Аль-Каида» будет существовать до тех пор, пока Ближний Восток охвачен хаосом — пока не появится новая политическая сила, способная найти выход из этого тупика.

Распад и гибель существующей системы приводят к противоборству двух альтернативных сил, способных предложить выход из создавшейся ситуации. Одна — линия демократии и прогресса,  ведущая  к освобождению всех народов Ближнего региона, к братству, сплоченности и единству. Ее представители — курдский национальный лидер Абдулла Оджалан и наше национально-освободительное движение.
Вторая линия — движение Фетуллаха Гюлена, и эти две линии будут бороться за влияние в Ближневосточном регионе. Бандитский захват нашего национального лидера обусловлен именно стремлением исключить возможность альтернативы  Гюлену, который в это же время оказался в США, готовясь к своей «миссии». Именно об этом писал наш национальный лидер.  Гюлен — это агент современного капитализма, его  прислужник, представляющий собой исламскую разновидность современного капитализма.

На ту же самую роль претендовала и ПСР, однако со временем стало очевидно, что такая задача ей не по плечу, поскольку для ПСР характерны определенные религиозные традиции, что не сочетается с современным капитализмом. Образование ПСР связано с так называемым   «национальным взглядом»  и, хотя ПСР утверждает, что сбросила эту личину, данное утверждение не совсем соответствует истине.
Глубинные противоречия турецкого общества не позволяют ПСР полностью попасть под влияние капитализма. Это и стало причиной того, что в определенный момент предпочтение было отдано организации  Гюлена, поскольку ее члены были готовы к сотрудничеству. Организация Гюлена действует не только в Турции — ответвления существуют и в Сирии, и в Южном Курдистане, и в Египте.

Идеологическая работа ведется именно посредством этой организации, в частности, в школах, одной из важнейших задач которых является ассимиляция. Хорошо известно, что и эти школы, и сама деятельность организации  Гюлена активно поддерживаются ЦРУ и Национальным разведывательным управлением Турции — в этом отношении они едины, поскольку данные школы фактически являются кузницей их кадров.
Еще раз подчеркиваю: школы Фетуллаха Гюлена в Ближневосточном регионе — это идеологическая работа, проводимая  в исламском мире, точнее, подготовка кадров, и необходимо в полной мере осознавать огромную опасность, которую представляет собой  такая  деятельность.
То, что происходит сейчас, — это не просто борьба между ПСР Эрдогана и организацией «Нурджулар» Гюлена: на самом деле это диверсия, план захвата Ближнего и Среднего Востока. В Ближневосточном регионе альтернативной силой является наше движение, что делает столкновение неизбежным.

Вот почему мы должны крайне серьезно относиться к данной ситуации. Такое же внимание следует уделять ДПК: эта партия выпестована Соединенными Штатами специально для Курдистана, тогда как «Нурджулар» Гюлена — для Турции и Ближневосточного региона.
В настоящее время США испытывают значительные трудности. Пламя, охватившее Сирию, может перекинуться на другие части региона — такая возможность не исключается. С проблемами Ближнего и Среднего Востока Вашингтон надеется справиться посредством активных действий в Турции, для чего, отстранив ПСР, стремятся сформировать более мощный союз властвующих сил.

Турция — сложная страна, ее не стоит сравнивать ни с Египтом, ни с Ираком, ни с Ливией, ни с Саудовской Аравией. Курдский народ очень точно называет Турцию «Римом». Смысл этого выражения ясен: Турция тяготеет к Европе. Анатолия и раньше была частью Европы, а сегодня,  благодаря современному капитализму,  она в гораздо большей степени, чем когда-то, является ее частью, и эти связи насчитывают около двухсот лет.
Турция является членом НАТО, поскольку именно с помощью Анкары  Запад надеется оказывать влияние на Ближний Восток. Турция — это сила, находящаяся в подчинении Запада,  и США стремятся со сменой власти в Турции усилить свое влияние. Это — серьезная опасность для нашего движения, поскольку подобная ситуация означает подавление всех свободолюбивых сил, ликвидацию оппозиции и всех патриотических движений Ближневосточного региона.
Вот почему Вашингтон заинтересован в  столь  тесном сотрудничестве с Анкарой. С этой же целью используется НРП и ПНД, что неоднократно подчеркивал наш национальный лидер Абдулла Оджалан. И НРП, и ПНД — это параллельные структуры, действующие в интересах США. Это подтверждает полностью отвечающая интересам Запада позиция, занятая Догу Перинчеком.

На словах выступая против империализма, Перинчек на самом деле верно служит США и западной системе. Это — провокаторы, такие же пособники империализма, как «Аль-Каида». Именно они — самые верные его сателлиты,  пытающиеся  затормозить прогрессивное развитие общества.
Такую же позицию занимает Иран, являющийся одним из ключевых государств региона. Тегеран, придерживающийся догматизма в отношении религии, всегда отличался прагматизмом и гибкостью во внешней политике — это наследие древнейшей традиции иранской дипломатии.
Именно поэтому  Запад  постоянно предпринимает попытки вмешательства во внутренние дела Ирана, стремясь подчинить себе Тегеран.  Как  будут  развиваться события, с применением силы или другими путями, покажет время.    В заявлении Обамы подчеркивалось, что в случае отказа  Ирана от ядерной программы изоляция будет прекращена.
Создается впечатление, что Запад, используя дипломатические средства, то есть так называемую «мягкую силу», пытается,   не дожидаясь реализации, добиться свертывания   ядерной программы. Но надо помнить, что «мягкой силы» у современной капиталистической системы на самом деле нет.
У Запада одна  задача: подчинить себе Иран, используя определенные внутренние силы, окружая и изолируя страну.

Однако методы у противоборствующих сторон различны. Избрание Роухани президентом страны  стала результатом действий иранского режима, стремящегося ослабить давление США и проводить собственную политику. При этом Иран прекрасно осознает, что противостоять США не может. Именно  этим и объясняется показное смягчение политики  Тегерана.
Вашингтон, стремясь использовать действия Тегерана в своих интересах, поддержал Роухани.

Тем не менее, ясно одно: без активного вмешательства США не смогут подчинить себе Ближний и Средний Восток.
С этой целью Белый дом будет оказывать давление на Анкару, не позволяя ей, как это бывало раньше, оказывать Тегерану содействие в трудную минуту.

Несмотря на явный приоритет США и Запада,  к  борьбе за влияние в регионе подключились активно  развивающиеся и находящиеся на подъеме Россия и Китай, что отчётливо проявилось на примере событий в Сирии.
И Россия, и Иран, поддерживающие Дамаск, на конференции «Женева — 2»    были готовы к компромиссному решению, которое оказало бы влияние на весь Ближневосточный регион. Однако этого не произошло, хотя в определённом смысле  позиции Москвы и Дамаска усилились.
Все это стало основной причиной переориентации внимания США и Запада    на Украину, которая стала инструментом воздействия на Россию: Москву открыто шантажировали, давая понять, что неуступчивость в отношении Дамаска превратит ее во вторую Сирию.
Но Россия ответила решительно и бескомпромиссно. Конфликт доказывает, что компромисс не достигнут. Но подобная ситуация не может длиться вечно.

В настоящее время мы стали свидетелями дипломатической войны между Россией и Западом, в первую очередь, США и Великобританией.
США хотели бы поддержать исламскую оппозицию, выдвигая ее в качестве альтернативы  — практически все силы, кроме ИГИЛ.
Собственно говоря, никто не заинтересован в том, чтобы  Сирия превратилась во второй Ирак, находящийся на грани распада.  Понимая это, Асад использовал создавшуюся ситуацию в своих интересах.
В это непростое время особое значение приобретают события, происходящие в Западном Курдистане, народ которого избрал путь демократических преобразований.
К сожалению, революционные преобразования в Западном Курдистане вызывают резкое противодействие Турции, США и Демократической партии Курдистана.  ДПК, поддерживаемая Вашингтоном,  надеется  положить конец политическому и идеологическому влиянию Рабочей партии Курдистана.
Но мы бы хотели, чтобы все силы и возможности ДПК были  направлены на благо курдского  народа.

Под вопросом остается  и  будущее Ирака. Противостояние суннитов и шиитов  ни к чему хорошему не приведет, а Багдад не в состоянии урегулировать данную  проблему. Конфликт может оказаться губительным для всего региона.  Стабильности и мира в Ираке удастся достигнуть, только учитывая интересы всех нации и конфессиональных  групп.
Предвидя конфликты и хаос,  охвативший  Ближний и Средний Восток, наш национальный лидер Абдулла Оджалан  разработал теорию  мирного, поэтапного демократического решения существующих в регионе проблем, что позволит установить  политическую стабильность в ареале и положить конец кровопролитию.

Все попытки Абдуллы Оджалана  решить курдскую проблему мирным, демократическим путем наталкиваются на нежелание Анкары предпринять какие – либо встречные шаги. Если после выборов  ситуация не изменится, диалог будет прекращен.
Празднование Науроза еще раз продемонстрировало  единство и сплоченность курдского народа, мощь нашего национально-освободительного движения.

В это трудное и судьбоносное время  мы должны еще  теснее сплотиться, ставя  перед собой задачу  воплощения в жизнь идей  Абдуллы Оджалана. Только так мы сможем добиться поставленной цели — освобождения Курдистана  и нашего национального лидера

Мустафа Карасу,  член Исполнительного Совета Ассоциации обществ Курдистана

 

 

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here