Йеменский канал «Аль-Масира», управляемый повстанцами-хуситами, объявил, что движение успешно использовало крылатую ракету, чтобы поразить диспетчерскую вышку в аэропорту Абха в Саудовской Аравии, выведя его из строя.

Нападение хуситов – ответ Ирана США

Это нападение стало первой атакой на важную гражданскую цель в Саудовской Аравии, что привело к большому числу жертв среди мирного населения. Прошлые ракетные удары группировки, несомненно, в основном интерпретировались в рамках йеменского конфликта. На этот раз атака хуситов рассматривается как действие, совершенное в интересах Ирана, а именно – асимметричный ответ Ирана на американские нефтяные санкции. Удары хуситов баллистическими ракетами как меньшей, так и большей дальности стали общей чертой йеменского конфликта. Но атака на аэропорт Абха – это лишь второе зафиксированное боевое применение крылатой ракеты группировкой хуситов.

Хуситы наносят первый удар крылатыми ракетами

3 декабря 2017 года хуситы объявили о первом использовании крылатой ракетной системы для атаки против атомной электростанции «Аль-Барака» в Объединенных Арабских Эмиратах, расположенной примерно в 1200 км от Северного Йемена. Хотя по сей день группа утверждает, что удар был успешным, все признаки указывают на провал операции. Власти ОАЭ не зафиксировали ни одного удара, а позже появились фотографии, сделанные в Йемене, якобы показывающие обломки ракет и боеголовки. Гораздо любопытнее кадры запуска ракеты, которую выпустили хуситы, показав систему, имеющую поразительное сходство с иранскими крылатыми ракетами «Сумар» и «Хофейзе».

Иранская программа крылатых ракет

Иранская программа крылатых ракет имеет довольно интересную историю. В 2001 году шесть крылатых ракет советского производства KH-55 были незаконно переданы Ирану с Украины, что дало стране технологическую базу для реверс-инжиниринга (исследование некоторого готового устройства или программы, а также документации на него с целью понять принцип его работы). После долгого молчания тогдашний председатель организации аэрокосмической промышленности Ирана Мехди Фарахи объявил в 2012 году, что страна работает над крылатой ракетой дальностью 2000 км под названием «Мешкат». Хотя «Мешкат» так и не увидел света, он, безусловно, был основой дизайна «Сумар». Несмотря на некоторые заметные различия, «Сумар» явно представлял собой реверсивную версию KH-55, которую страна импортировала более десяти лет назад. Вскоре после этого были обнародованы кадры, показывающие успешный испытательный пуск ракеты с иранского полигона Кум.

В начале 2019 года Иран представил «Хофейзе» – модернизированную версию «Сумара» дальностью полета 1350 км. Министр обороны Амир Хатеми указал, что дальность действия оригинального «Сумара» составляла всего 700 км, а командующий Воздушно-Космическими силами Корпуса стражей исламской революции Амир Али Гаджизаде отметил, что Иран испытывал трудности в разработке соответствующих реактивных двигателей. Эти заявления, похоже, указывают на то, что ракета, выпущенная хуситами в 2017 году, уже была обновленной версией «Сумара» с существенно увеличенной дальностью.

В 2014-м Иран представил отечественную крылатую ракету, которая может быть запущена как с земли, так и с воздуха. Сообщается, что ракета, названная «Яа Али», имеет дальность 700 км, но после появления кадров ее испытательного запуска никакой другой информации пока не последовало.

Какую ракету использовали хуситы?

В отличие от первой атаки на этот раз хуситы не показали никаких кадров запуска. Поскольку до войны Йемен не обладал крылатыми ракетами наземного базирования, а о разработке такой сложной системы внутри страны в нынешних условиях не может быть и речи, весьма вероятно, что крылатая ракета, предоставленная Ираном, была использована вновь. В то время как «Сумар» кажется наиболее очевидным кандидатом, «Яа Али» или даже модифицированная иранская противокорабельная крылатая ракета могли быть использованы для покрытия всего 140 км, которые отделяют аэропорт Абха от территорий, контролируемых хуситами.

Есть явные признаки того, что хуситы в настоящее время обладают более дальнодействующим ракетным ударным потенциалом, который соответствовал бы продвинутой версии «Сумара». В интервью в марте 2019 этого года лидер хуситов Абдулмалик аль-Хути упомянул, что у его движения есть ракеты, способные нацелиться на Абу-Даби и Дубай. Лидер «Хезболлы» Хасан Насралла в недавней речи также намекнул на потенциальные ракетные удары Йемена в будущем конфликте с Израилем, хотя требуемый радиус действия выходит за рамки возможностей этих ракетных систем. Поставка крылатых ракет для угрозы дальним целям имеет смысл с оперативной точки зрения. Иран способен контрабандно доставлять баллистические ракеты в Йемен, но передача более компактной и более легко разбираемой крылатой ракеты, безусловно, намного проще, чем контрабанда баллистической ракеты сопоставимой дальности.

Это оставляет открытым вопрос, почему именно крылатая ракета была использована для атаки. Относительно небольшое расстояние до аэропорта Абха могло быть легко покрыто некоторыми из баллистических ракетных систем меньшей дальности, которыми также располагают хуситы.

Есть несколько возможных объяснений. Использование ракеты могло стать сигналом, демонстрирующим техническое мастерство Ирана и готовность к эскалации. Это могло быть также попыткой обойти саудовскую противоракетную оборону после того, как ракета была перехвачена во время попытки атаки на аэропорт в Джидде, или же Иран мог просто использовать йеменский конфликт, чтобы проверить свое оружие в условиях боя.

Кто отдал приказ?

Самый интересный и спорный вопрос: кто заказывает ракетные удары хуситов? В то время как некоторые наблюдатели утверждают, что хуситы являются лишь инструментом иранского влияния, другие уверены, что они действуют автономно без иранской помощи. На сегодняшний день руководство хуситов, а тем более их ракетные войска, остаются «черным ящиком». Тем не менее анализ траектории развития группировки за последние десятилетия дает некоторые объяснения.

Движение, известное как хуситы или «Ансар Аллах» («партизаны Бога»), возникло в 1990-х в заброшенном северном нагорье Зайди в Йемене. Оно имело сильную поддержку в провинции Саада. Зейдизм, будучи частью шиитского ислама, заметно отличается от шиитского ислама двенадцатиричников, практикуемого в Иране. На раннем этапе связи хуситов с Ираном были ограниченными, они действовали в меньшей мере как иранские прокси, скорее это была попытка местной знатной семьи Сайидов использовать политику идентичности зейдитов и извлечь выгоды из местных обид. В 2000-х годах конфликт с центральным правительством перерос в несколько раундов военных действий, которые впоследствии стали известны как войны хуситов. Примерно в это же время появились заявления о том, что Иран оказывает поддержку группировке. В то время, как кажется, имела место некоторая иранская поддержка. Но именно в этот период времени большинство наблюдателей согласились с тем, что и Саудовская Аравия, и режим Салеха в Йемене в значительной степени преувеличили иранское участие. Когда хуситы захватили столицу Йемена Сану в 2014 году, по некоторым данным, Иран предупреждал об этом.

Хотя все эти данные могут указывать на то, что хуситы в основном являются местным йеменским движением, слабо связанным с Ираном, есть признаки того, что в последнее время движение претерпело фундаментальные изменения. Самооценка хуситов стала почти копией «Хезболлы», с пропагандистскими видео группы, имитирующими визуальный стиль «Хезболлы», и речами Абдула Малека аль-Хути, имитирующими Насраллу вплоть до жестов и формулировок.

Иранская материальная поддержка значительно возросла в последние годы с поставками Корпусом стражей исламской революции ракет, стрелкового оружия, беспилотных летательных аппаратов и военно-морского оборудования, широко документированных. Нет никаких сомнений в том, что четыре года ужасной войны в Йемене кардинально изменили структуру стимулов группировки в пользу Ирана. В условиях, когда хуситы столкнулись с экзистенциальным вызовом в виде нападения Саудовской Аравии и ОАЭ, не было другого спонсора, к которому они могли бы обратиться за средствами, оружием и опытом, кроме Ирана и его авторитетных клиентов, таких как «Хезболла». То, что касается хуситов в целом, еще более верно для ракетных войск группировки. Старые запасы йеменских систем дальнего радиуса действия к настоящему времени в основном израсходованы, что делает ракетные силы хуситов и их способность нацеливаться на Саудовскую Аравию полностью зависимыми от непрерывной иранской поддержки.

Хотя Иран, безусловно, не способен и не желает управлять хуситами, трудно представить, что он не использовал бы эти события, чтобы, по крайней мере, получить контроль над громкими ракетными пусками, особенно учитывая тот факт, что используемые ракеты предоставляются самим Ираном и что эти удары имеют значительные последствия для безопасности Исламской Республики.

Cтратегические последствия

Есть два взгляда на атаки крылатых ракет хуситов. С одной стороны, принятие решения о запуске относительно точной крылатой ракетой по гражданскому аэропорту представляет собой драматическую эскалацию асимметричной кампании Ирана против Запада и его союзников. Действительно, почти параллельное выполнение атаки крылатыми ракетами и минирование танкеров делают этот эпизод похожим на повторение операции хуситов с ударом по трубопроводу Фуджейра в прошлом месяце.

Так почему же Иран делает все это? Президент Ирана Хасан Роухани публично назвал нынешнюю ситуацию, вызванную санкциями, самой серьезной экономической угрозой, с которой страна столкнулась за последние 40 лет. Ответные действия, даже включая радикальные меры, которые несут риск эскалации, все еще могут показаться менее рискованными, чем попытка пересидеть кризис с экономикой, находящейся в состоянии свободного падения, которое потенциально может угрожать выживанию режима.

Другая возможность заключается в том, что иранцы просто считают угрозу военных действий президента Дональда Трампа блефом. По крайней мере публично офицеры КСИР и верховный лидер Ирана непреклонны в том, что США в настоящее время не желают и не способны начать военные действия против Ирана.

Если же посмотреть на это с другой точки зрения, то можно увидеть, что подобное событие должно было произойти. Уже в 2017 и 2018 годах хуситы обстреливали Эр-Рияд ракетами Burkan-2HQiam, в том числе международный аэропорт. Потенциал этих ударов свелся к простым вопросам точности. Одиночные ракеты «Катюша», поставки стрелкового оружия или минирование танкеров – все это имеет последствия, которые могут быть тщательно откалиброваны для политических целей. С другой стороны, баллистические ракеты большой дальности могут либо упасть в пустыню без вреда для здоровья, либо убить десятки людей, потенциально пересекая саудовские пороги и вызывая прямой ответ, направленный на Иран.

Передача хуситам баллистических ракетных систем с такими непредсказуемыми эффектами вступила бы в противоречие с тем фактом, что Исламская Республика хорошо известна своими сложными шахматными ходами, осторожными лестницами эскалации и сложными танцами вокруг красных линий. В отличие от других рискованных шагов Ирана, таких как его недавняя реакция на нефтяные санкции, ракетные удары хуситов, проведенные до выхода США из ядерной сделки с Ираном – Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) и до введения американцами экономических (в том числе нефтяных) санкций против Ирана, не были связаны с какими-либо основными иранскими национальными интересами или интересами безопасности.

***

Хотя приведенные выше объяснения запуска крылатых ракет могут быть применимы к нынешней ситуации, они недостаточно объясняют передачу хуситам ракетных систем большой дальности и вероятное разрешение на их запуск. Можно только гадать, переоценили ли иранские лидеры последствия своих действий, дерзко прощупывая Саудовскую Аравию и Запад, или действовали под влиянием эмоциональной привязанности к йеменскому делу. В любом случае еще предстоит выяснить, сохранится ли в таких условиях терпение Саудовской Аравии и Запада в ближайшие дни, недели и месяцы.