Читатель помнит, в конце первой части данной статьи было сказано: «…И, вообще, есть ещё, о чем поговорить нам, но на этот раз достаточно. Я надеюсь, что наш разговор по этой теме ещё продолжится». (http://kurdistan.today/kogda-nibud-my-dolzhni-skazat-drug-druga-pravdu/35024/).

И на самом деле, я подготовился к этому, и для обсуждения даже выбрал некоторые вопросы. Но всё получился иначе – как в народе говорится, суббота наступила раньше пятницы. Но, давайте, обо всём по порядку.

После публикации данной статьи у нас с читателями состоялись обсуждения по теме, некоторые из них с осторожностью высказались по этой проблеме. Они говорили, мол, да, сложилась такая ситуация, но сегодня кому нужна такая правда? Народ привык к нынешнему положению вещей. Конечно, на это у меня был ответ: «Известно, что большинство нашего народа сегодня исповедует ислам, – написал я, –но это не означает, что мы не должны изучать историю нашего народа доисламского периода, историю нашей древней религии, и не говорить правду друг другу … Потом, ведь, кроме этого уже среди самого народа по этой проблеме идут дискуссии, и многие прямо требуют, чтобы сказали им правду, а некоторые даже предлагают практические шаги (конечно, каждый по-своему). Мы же не имеем права не сказать народу правду. Это будет тяжким преступлением против него. И, потом, ведь, все равно, рано или поздно, кто-то раскроет эту правду. Кроме всего этого, и сам народ многое понимает. Кого мы обманываем?»

Что интересно, никто из числа читателей не изъявил готовность от своего имени что-нибудь предложить вниманию читателя. Из них только известный курдский писатель и историк Вазире Ашо на моей странице в Facebook опубликовал одну короткую, но содержательную и научно обоснованную рецензию: “Я прочёл вашу развёрнутую статью, посвящённую религии эздиан и тем изменениям, которые в разные исторические периоды произошли в её учении. Я не специалист по религии эздиан, но как курдовед могу вашу статью считать, как глубокий и всесторонний анализ некоторых аспектов древней религии курдов, и весьма актуальным делом. Вместе с тем, вы обращаетe внимание специалистов-религиоведов на необходимости проведения исследований разных вопросов, которые до сих пор не удостоились должной научной оценки, или же неправильно были истолкованы…”

На самом деле, уважаемый мастер пера не проводит подробный анализ материала, говорит, что он не специалист по религии, но своим коротким и ёмким словом, как курдовед, многое сказал, что может в деле изучения темы стать направляющим для будущих исследований. Можно сказать, что он с умением учёного отметил проблему и научно сформулировал её. И, как бы подчёркивал, что эта «очень актуальная проблема. Надо, чтобы специалисты эздианской религии обратили внимание на анализы и комментарии к вопросам, которые до сегодняшнего дня или вообще не были освещены, или же неправильно были истолкованы…» На самом деле, это является словом настоящего учёного, указывающим направление дальнейших исследований в этой области. И, самое главное, он отмечает, что существуют проблемы, и их надо решать.

Против точного определения нечего противопоставить!

Но то, что на самом деле превзошло все ожидания, это было отношение других читателей: многие из них своё отношение к вопросу высказали своеобразно и выражали своё видение изучения вопроса. Например, Беса Авдал из Армении (ныне живущая в России) во многом была близка к подходу некоторых представителей нашей интеллигенции. Она пишет: «Разве эта правда так нужна была нам? Мы тихо, молча жили своей жизнью, и все проходило так, как проходило. Насколько эта оправдано, что мы открываем нашу не зажившую рану. Да, и мой покойный дед что-то говорил об этом, он тоже не использовал многие арабские слова, и я сейчас только это понимаю. Но все же, это ещё больше нас не удалит друг от друга?»

По поводу такого подхода, что можно было сказать? Конечно, до какой-то степени (только до какой-то степени!) человек мог бы тихо, молча жить. Но как видно, у нас получается, как в курдской народной сказке: «…Батя, я отпустил вора, теперь он меня не отпускает!»

Посмотрите, со всех сторон прямо выбирают пути уничтожения основы эздианства (это делается осознанно или нет, не столь важно!), каждый раз открыто делают определённые попытки по-другому представить суть эздианства, и это представляет угрозу чистоте этой древней религии курдского народа и её своеобразию. Как в статье «Эздианство» (http://kurdistan.today/ezdianstvo/), таки в первой части данной статьи я привёл некоторые основные различия, имевшие место, между эздианством (êzdîtî) и езидизмом (êzîdîtî). Прошу внимательно рассмотреть разницу между этими словами. И если некоторые иностранные (и не только иностранные) исследователи и писатели не различали и сегодня не различают эти две разные религии – эздианство (êzdîtîy) и езидизм (êzîdîtîyê), это совсем не означает, что надо и впредь так подходить к этому вопросу. Но, к большому нашему сожалению, и сегодня многие курды-эздиане это осознают, и их отношение к этому вопросу очевидно. И со своей стороны специалисты-исследователи не могли этого не замечать. К примеру, Ханна Омархали именно это имела виду, когда в своей книге «Йезидизм. Из глубины тысячелетий» пишет: «Определяющим для йезидизма (имеется в виду эздианство. – А. М.) фактором в приспособлении его к новым историческим условиям оказалась личность Шейха Ади, воззрения которого сыграли важнейшую роль в реформировании йезидизма и к личности которого неоднозначно относятся иногда даже сами йезиды …» (Ханна Омархали. «Йезидизм. Из глубины тысячелетий», С.-Петербург, 2005, стр. 45).

То есть, что это означает? Это означает, что не все эздиане одинаково относятся к вопросу тех изменений, которые в своё время провёл Шейх Ади в эздианской религии.

И, вместо того, чтобы некоторые исследователи (и не только они) это различали и нашли вразумительный ответ, повторяют одно и то же и открывают дорогу для дальнейшего углубления этих противоречий.

А теперь посмотрим, что пишет Фатима Биргюль из Стамбула: «…Я родом из Батмана, у меня много друзей среди езидов… То есть, из вашей статьи вытекает, езидийство (езидизм. – А. М.) и до Шейха Ади существовало?».

Уважаемая дама, я не в курсе, существовал ли езидизм до Шейха Ади или нет, но эздианство было и до него, это была до-зороастрийская религия курдского народа, и она никакого отношения к средневековым сектам не имеет. То, что вы называете езидианством//езидизмом (êzîdîtî), как я об этом неоднократно написал в предыдущих статях, отличается от эздианства (êzdîtîyê), и никому не удастся объединить эти две разные религии. Езиды – это та общность людей, которые, как пишет Хачатур Абовян, есть и среди арабов (см. выше, в первой части данной статьи –http://kurdistan.today/kogda-nibud-my-dolzhni-skazat-drug-druga-pravdu/35024/…)

Вы знаете, иногда люди ответы на интересующие их вопросы ищут там, где их не может быть.

Пока мы для себя не выясним разницу между езидийством (езидизм) и эдианством и не поймём основы существующих различий, мы не поймём настоящую суть нашей древней религии, и в поисках понимания своих духовных корней постоянно будем хромать за теми, кто искажают нашу историю…

Адаме Паше из Свердловской области пишет: «Да, вы правы, но и система Шихади (имеет виду Шейха Ади – А. Д.) помогла нам сохранить свою идентичность.

Посмотрите, что говорит писатель Аскяре Бойик: «Эти основные изменения, это учение Шихади, и то, что его ученики и соратники привели в это общество, для эздианства стали фундаментом, силой единения и веры. Это учение около тысячи лет защищало эту веру в окружении жесточайшей вражды, по сути, слепого фанатизма в огне и буре, имевшие место в истории Востока, полной трагедиями» (“Ryat’eze”, № 13 (4892), s. 2013). Мы же должны и этого видеть, не так ли!?» – завершает он своё письмо.

Уважаемый Адам, знаешь, в чем здесь вопрос? Каждый из нас (Аскяре Бойик и я) пишем о разных вещах, цели у нас разные. Если Аскяре Бойик намеревался написать о роли Шейха Ади, без сомнения, цель у него направлена на то, чтобы найти те положительные моменты, которые в то время, возможно, были в этом религиозном движении. И то, что сегодняшние религиозные деятели (t’erêq ji Mala Adîyan – представители Дома Ади) стараются навязать нам, то же самое. Потому и, в результате появился такой материал. Однако здесь речь идёт совсем о другом: каждый раз, когда мы стараемся понять истину, тут же возникает вопрос: “Система Шейха Ади” сохранила эздианство, или?..

И, кроме всего этого, надо иметь в виду, что религия не принадлежит только религиозным деятелям, она, в первую очередь, принадлежит мирянам.

Но, все же, было бы хорошо, если бы ты обратил внимание на концовку статьи уважаемого Аскяре Бойик и тогда увидел бы, что там говорится:

«Я не являюсь специалистом эздианской религии, я не религиозный деятель и не теолог, – пишет он. – Я курдский писатель, и мои знания об этой курдистанской вере таковы, чтобы я в своих произведениях смог раскрыть перед своим читателем истинную суть этой веры. Так что, если в моей статье будут какие-то неточные видения, или же они выходят за границы догм религии, пусть религиозные деятели и теологи простят меня.

Но, как у писателя, выходца из среды курдов-эздиан, у меня нет права, и совесть мне не позволяет, не написать об этих проблемах». (“R’yat’eze”, № 14 (4893), s. 2013).

То есть, это означает, что сам уважаемый Аскяре Бойик это своё мнение в качестве последней истины не навязывает читателю. Потому и, как сам пишет, он эту не принимает за стопроцентную истину, или же он сам в ней до конца не уверен.

Но, знаешь, уважаемый Адам, самый интересный момент в этой статье даже не это. Пожалуйста, давайте вместе прочтём отрывок из упомянутой статьи Аскяре Бойика:

«Самая сложная проблема, которая на данный момент больше всего становится причиной общественных недугов и нуждается в неотлагательном решении, это нарушение некоторых красных черт, догм и канонов эздианства, которое сегодня в основном происходит за пределами родины.

Для сохранения этого общества надо очень осторожно и с пониманием относиться к этим вопросам. Надо стараться, не допускать процессы на самотёк: «Как будет, пусть так и будет!», и не допускать распространения этих процессов нарушения.

Исторические процессы показывают, что эти красные линии были придуманы не для разрушения религии, а для самосохранения эздианского общества в многовековых жесточайших условиях.

Жесточайшие условия религиозного общества, в окружение которого жили эздиане, принуждали эздиан прибегать к строгости этих красных линий. Исторически процессы показывают, что во времена Шихади и после него некоторые другие общины примыкали к эздианам и ассимилировались среди них.

Структура общества, так и система религиозно-общественного воспитания, религиозные классы, чистая и солидарная жизнь общины, запреты на определённые застолья нуждаются в реформах.

В разных исторических источниках, в устных преданиях и текстах эздианской веры сохранились сведения о том, что и эти изменения, и реформы в области эздианства времён Шихади были проведены хорошо образованной интеллигенцией. Шихади, так и все его ученики и последователи были историческими личностями, они на Востоке были известны. Они были высоко образованными, безупречными в своей чистоте, признанными знатоками основ религиозной философии. Они, как настоящие интеллектуалы и предводители, искреннее служили своему обществу и нации.

Ошибочно думать, что этот процесс реформирования может одним решением, одной конференцией завершится. Для этих реформ определённое время нужно, и требуются глубокие исследования

Если эздианское духовное руководство и интеллигенция инициативу не заберут в свои руки, тогда жизнь сама внесёт свои коррективы».

Сначала отмечу, что я с уважением отношусь к мнению каждого человека, даже если это мнение не верное. Потому что в жизни стопроцентно верного мнения не бывает. Все относительно, одно мнение в одном контексте является верным, в другом – нет. Кроме этого, если не будут неверные мнения, человеку будет трудно увидеть правду и познать её.

Да, как в каждой религии, в эздианской религии существуют определённые «красные черты и догмы». Однако мы должны определить для себя, которые из них принадлежат эздианской религии, а которые – нет, но почему-то сегодня их без разбора навязывают нашему обществу.

На самом деле, в нынешней ситуации, сложившейся в эздианстве, невозможно, как говорит уважаемый Аскяре Бойик, пускать процессы на самотёк, говоря, «как будет, пусть так будет!», и допускать распространение процессов нарушения.

Смотрите, уважаемые читатели, я хотел здесь обратить ваше внимание на два основных момента в этом отрывке статьи Аскяре Бойик.

Правду говоря, мне, а также многим другим хотелось бы, чтобы это было именно так. Но объективно историческая правда говорит совсем о другом, и сегодня многие внешние признаки эздианства не соответствуют этим пожеланиям.

Да, автор статьи говорит правду, что другие общины примыкали к эздианам, но они полностью не ассимилировались среди них, а, наоборот, многие свои не эздианские особенности придали эздианству. И то, что в результате образовалось, это уже не девственное, святое эздианство, это даже совсем не эздианство, а езидизм! И мы должны это определить для самих себя и понять это (об этом подробно – ниже).

Второе, в статье Аскяре Бойик говорится, что «в разных исторических источниках, в устных преданиях и текстах эздианской веры сохранились сведения о том, что и эти изменения, и реформы в области эздианства времён Шихади были проведены хорошо образованной интеллигенцией. Шихади, так и все его ученики и последователи были историческими личностями, они на Востоке были известны. Они были высоко образованными, безупречными в своей чистоте, признанными знатоками основ религиозной философии. Они, как настоящие интеллектуалы и предводители, искреннее служили своему обществу и нации».

Может быть, самой важной в этой статье является вот эта часть, которая открывает путь для правильного понимания эпох Шейха Ади и после него. И, несмотря на то, что здесь не все открыто сказано, однако те, кто хоть немного знакомы со средневековой историей Ближнего Востока и Курдистана, знают, что в то время (V век хиджры) какое образование могли бы получить Шейх Ади, его ученики и последователи. В те времена в каких заведениях люди получили образование, какая была у них религиозная философия?

… И когда мы говорим, что эздианство является древней религии курдского народа, наши оппоненты задаются следующими вопросами:

– Если эздианство является древнейшей курдской религией, то, как можно объяснить присутствие в ней следующих слов и понятий: Шамс (Şems), Шешымс (Şêşms), Султан Эзид (Sultan Êzîd), дженет (cinet), джехнеме (cehneme), рух (ruh), джин (cin), мелякет (milyaket), мелек (melek’), Таус-и Мелек (Tawisî Melek’), шейх (şêx), Насредин (Nasrêdîn), Шерфедин (Şerfedîn), Сыджадин (Sicadîn), Мелек Ферхедин (MelekFerfxeddîn), Шехубекыр (Şêxûbekir), Абубекир (Ebûekir), Джинтеяр (Cinteyar//CinTeyar), Шихади (Şixadî//ŞexAdî), сымылайи (simillayî //bismillahi), Ребб-е алеме//Ребелалем (Rebbê alemê//Rebbilalem), Хулукаллах (Xuliqellah), Халек (Xaliq)?

Конечно, и на эти вопросы имеются соответствующие ответы.

Надо иметь виду, что эздианство эпохи Шейха Ади во многом было приближено к исламу; даже доходило до того, что оно было похоже на одну из его сект. И потому эздианство этого периода до нас дошло вместе со многими исламскими терминами и понятиями. Даже все имена богов и божеств эздианской религии были переведены на арабский язык, то есть, на древнюю религию курдского народа надели исламскую «эба’» –عباة(аналог христианской рясы). И это естественно, потому что Шейх Ади получил мусульманское, а не эздианское духовное образование. Восприятие основ этого учения религиозными деятелями эпохи Шейха Ади в какой-то степени передавались изустно (эздианские священнослужители говорят, что только отдельным одарённым священникам дано обладать этими знаниями). Потому и оставалось оно только в узком кругу священнослужителей. А до Шейха Ади эздианство было народным и сохранилось среди народа, в нашем фольклоре, в виде религиозных песнопений, причитаний, благословений, месс и литургий.

Однако вся масса этих арабско-исламских понятий и терминов не смогла бесследно уничтожать все оригинальные еэздианские понятия и термины. До сих пор среди эздиан сохранились многие из этих оригинальных слов и терминов – в основном в устном народном творчестве, в повседневной жизни…

Рассмотрим только те слова и понятия, которые до сих пор живут среди эздиан: Mêrê R’ojê (Божество Солнца), Yekê jorîn (одно из имен БогаВсевышний), Xudanê malê (Покровитель домашнего очага), Zîayê zer (Божество огня и ветра), Memê Şivan (Покровитель мелкого скота), Gavanê Zerzan (Покровитель крупного рогатого скота), Mamer’eşan (Божество дождя), bihuşt (рай), dojeh (ад), frêştê (ангел), r’ewan (душа) и другие священные слова и понятия. Несмотря на то, что, возможно, в течение столетий кое-что изменилось в них, но существование этих терминов и понятий явно указывает на древние корни этой религии.

И, таким образом, после реформ, проведённых Шейхом Ади, чисто курдские слова постепенно заменялись их арабскими синонимами.

Рассмотрим эти две группы слов:

Курдские:                                         арабские:

Xweda/ê     (Бог)                               Ellah, R’ebb, Xuliqellah, R’ebbilalem/

                                                             R’ebê Alemê

r’ewan         (душа)                             r’uh

bihuşt           (рай)                                cunnet

r’aman         (мысль)                           fikir

dojeh           (ад)                                   cehnime

firêştê           (ангел)                             melek’(milyak’et)

ol                 (религия)                         dîn

R’oj             (Солнце)                           Şems

Bi hêvîya Xwedê (Божьей волей)         Înşallah

Мы уже не говорим о религиозной неграмотности некоторых наших религиозных деятелей, которые на похоронах в место эздианских молитв читают отрывки из священного Корана и не знают, что это такое… (подробнее об этом – в статье «Эздианство»).

То, что выше было сказано, это вчерашнее положение эздианской религии.

А сегодня?

Вот что пишет уважаемый Науаф Миро о сегодняшнем дне эздианства в своей статье «Почему эздиане не произносят это слово?»: «После переезда в Европу у эздиан появились возможности, которые способствовали тому, чтобы особенности их религии были замечены и признаны интеллигенцией». И до какой-то степени это соответствует действительности. Но только до какой-то степени! Да, на самом деле сегодня в Европе для эздиан появились многие возможности, были созданы многие структуры, организации и центры. Однако эти структуры больше служат распространению и углублению тех изменений и реформ, которые начинал Шейх Ади, и тем самым они ещё больше отделяют эздианство от его первоначальной основы. То есть, совершают то, чего в своё время не успели довести до конца религиозные деятели и миссионеры учения Шейха Ади… Может быть, потому исследователь и специалист эздианской религии Ханна Омархали, которая сама из семьи эздианских пиров, пишет,: «Определяющим для йезидизма фактором в приспособлении его к новым историческим условиям оказалась личность Шейха Ади, воззрения которого сыграли важнейшую роль в реформировании йезидизма и к личности которого неоднозначно относятся иногда даже сами йезиды …» (Ханна Омархали, Йезидизм. Из глубины тысячелетий, Санкт-Петербург, 2005, стр. 45.).

Правильно отмечает уважаемый автор, и на самом деле, некоторые эздиане, особенно те, чьи предки давно покинули родные места, и учение Шейха Ади не успело до конца ужиться среди них и овладеть их душам и умами, по-другому смотрят на эти процессы. И не надо забывать, что это те самые эздиане, в глубине чьих душ до сих пор сохранились искры первозданного эздианства.

И вот для этих эздиан будет интересно, знать:

– Что имеет в виду Ханна Омархали под словами «приспособление» и «новые условия»?

– Что понимает автор под словами «реформирование йезидизма» и «важнейшая роль Шейха Ади» в этих реформах?

– Как понять слова: «неоднозначно относятся к личности Шейха Ади»?

Конечно, эти вопросы риторические, и ответы содержатся в них самих.

Здесь важно и то обстоятельство, что автор этих строк не только родилась, выросла и познала этот мир в семье пиров эздиан, но и получила образование по этой специальности, и эта книга является плодом её научных исследований.

И в такой ситуации не совсем понятно, почему некоторые эздианские священнослужители не совсем сознают роли и место Шейха Ади в эздианской религии и догматично воспринимают его. Но есть и те, которые знают, что после прихода Шейха Ади и в результате проведённых им реформ от первозданного, девственного и святого эздианства мало чего осталось, что до недавнего времени наши старики жаловались, что те религиозные гимны и песнопения, которые читают шейхи, им непонятны. Но многие курды-мусульмане с юга и запада Курдистана, у кого арабское образование, их понимают и могут заметить, где и какие слова изменены в них.

И другое: в последнее время там и сям поют песню «Шерфедин!..» (“Şerfedîne!..”). И здесь интересно то, что в песне повторяется: «Шерфедин, Шерфедин, Шерфедин моя религия!» (“Şerfedîn e, Şerfedîn e, Şerfedîn e, dînê min e!…”). Когда я первый раз слышал эту песню, удивился, и у меня возникло желание, узнать: что это такое и откуда берет своё начало. По своим связям с эздианами в Курдистане, Европе и бывших советских республик я узнал, что на самом деле эта песня звучит так: “Şerfedîne, Şerfedîne, Şerfedîne, jidînê mine!…”(«Шерфедин, Шерфедин, Шерфедин, мы из одной религии!»), то есть, не сам Шерфедин является религией, а он из той религии, из которой является сам певец. Я спросил и эздианских религиозных деятелей, есть ли такая персона в пантеоне эздианских святых? Но никто не мог этого подтвердить или же хотя бы как-то объяснить. Я ещё раз посмотрел в вышеупомянутой книге Ханны Омархали. В этой книге есть словарь терминов и имён эздианской религии, и здесь тоже этого имени нет… Несмотря на это, здесь не столь важно, есть это имя или нет. А, разве раньше все эти арабско-исламские имена и понятия были в эздианской религии? Конечно – нет! Но они путём реформ Шейха Ади и после него были привнесены в эздианство. И это имя в более поздний период кто-то мог бы привнести. Или же, может быть, оно есть в езидизме, а не в эздианстве (просьба ещё раз сравнить эти два термина). Вопрос в том, что только те, кто не компетентны в эздианской религии, сегодня говорят: «Шерфедин моя религия, езиди мая нация!» И человек становится бессильным перед этой религиозной неграмотностью и не может защищать истину. А бедные эздиане, которые тысяча триста лет были опровергнуты и запрещены, желают, чтобы и о них что-то было слышно: это будет эздианином (êzdî) или езидом (êzîdî), для них не так важно! И несмотря существование стольких общин, организаций и центров, на существующие вопросы никто внятно и вразумительно не отвечает, а те рекламы. которые с именем езидизма (êzîdîtîyê) распространяются, только продолжают процесс езидизации эздианства.

И последнее: может быть, кто-то принимали езидизм (êzîdîtî), те, о которых пишет Абовян, что они есть даже среди арабов. Как у нас нет морального права в чем-то упрекать курдов-суннитов, -шиитов, -алавитов, -накшбанди, -христиан и других, так и – этих. Пусть они будут езидами. Даже, если в природе не остались эздиане и эздианство, все равно, эти уже не являются эздианами.

Вот это обстоятельство должно настораживать тех, кто ещё чувствую себя эздианами!

И если кто-то захочет возродить эту древнюю религию нашего народа, он должен для этого что-то сделать, а не продолжать процесс реформирования эздианства и в наши дни…

http://www.mezopotamya.gen.tr/gotar-makale/mamoste-ezz-cewo-nivs-h2221.html

Газета “Pênûsa nû” – http://www.penusanu.com, 25

I часть: http://kurdistan.today/kogda-nibud-my-dolzhni-skazat-drug-druga-pravdu/35024/ 

Азиз э Джаво Мамоян