В палатках на площади Тахрир в Багдаде молодые протестующие охотно рассказывают о своем опыте революционного восстания, начавшегося в октябре.

Но недавние события, включая авиаудары США, нападение на посольство США, убийства иранского военного лидера Касема Сулеймани и командующего Силами народной мобилизации (СНМ) Абу Махди аль-Мухандиса, а также нападение Ирана на две американские военные базы в Ираке, поставили протестующих в трудное положение.

Считается, что влиятельные лидеры ополчения несут ответственность за кровавые репрессии против мирного восстания в Ираке, когда сотни людей были убиты, тысячи ранены и многие другие задержаны или пропали без вести. Тем не менее, иракская политическая элита обвинила США в организации массового народного восстания.

Единство и суверенитет

Восстание призывает к единству и суверенитету Ирака, отказываясь от иранского и американского влияния. Под лозунгом «Мы хотим родину» протестующие требуют создания функционирующего государства с равными правами и возможностями для всех граждан. Они осуждают коррупцию, сектантство и кумовство иракской политической элиты, а также нападения боевиков на журналистов, гражданское общество и женщин-активисток.

Протестующие требуют нового правительства, новых избирательных законов, новой конституции и судебного преследования политических лидеров, обвиняемых в коррупции и убийстве мирных демонстрантов. Многие лозунги направлены против иранского влияния, поскольку иракская политическая элита тесно связана с Ираном.

Протестующие на площади Тахрир остерегаются любой формы инструментализации антииранских настроений. В то время как некоторые участники беспорядков спонтанно выражали радость по поводу новостей об убийствах Сулеймани и Мухандиса, большинство протестующих сохраняли осторожность.

Протестующие выпустили заявление, в котором выразили свою решимость остаться на площади Тахрир и почтить память мучеников, принесших окончательную жертву за свою страну. Не упоминая об Иране или США, в заявлении осуждаются нападения на суверенитет Ирака и международное право, вновь заявляется позиция демонстрантов «Ирак прежде всего» и отстаиваются национальные интересы. Отметив, что политический процесс после 2003 года стал причиной слабости Ирака, протестующие призвали силы безопасности защитить их.

Узкая политическая борьба

На протестных площадях по всей стране, особенно в южных провинциях, часто можно увидеть молодых людей, тяжело раненных или идущих с деревянной ногой. Многие из них — бывшие бойцы СНМ, которые сражались с Исламским государством (ИГ) (организация запрещена в России — прим.) после падения Мосула в 2014 году. Некоторые из них говорили мне, что война сильно повлияла на них, и что они разочарованы политическим руководством, которое принесло их в жертву узкой политической борьбе на благо элиты.

Выходцы из скромных семей вместо того, чтобы быть награжденными за доблестную службу, как они ожидали, вернулись с передовой линии Мосула к жизни в нищете и лишениях. Теперь они выбрали путь мирного протеста, в котором  столкнулись с опасными для жизни атаками со стороны сил безопасности и ополченцев, применяющими слезоточивый газ и боевые патроны.

Октябрьское восстание революционно. Это беспрецедентное движение за общую борьбу, охватывающее широкие слои населения, от бедноты и рабочего класса до образованного среднего класса. Студенты университетов, профсоюзы рабочих и молодые активисты гражданского общества объединили свои усилия.

Багдадская площадь Тахрир функционирует как общество в миниатюре, объединенное чувством общей принадлежности к своей родине. Помимо политического восстания, затрагивающего вопросы политического представительства и выборов, протестующие продвигают креативные варианты развития общества.

Люди из разных слоев общества имеют схожие требования, отказываясь как от сектантской политики элиты и коррупции, так и от власти ополченцев, которые угрожают верховенству закона и государственной власти. Протестующие настаивают на ограничении поставок оружия иракским силам безопасности. Но такие требования были серьезно оспорены после американских ударов, поскольку различные вооруженные группы и ополчения, некоторые из которых до этого бездействовали, теперь готовы перегруппироваться и нанести ответный удар.

Манипулирование вопросами, связанными с анти-иранскими настроениями

Антиамериканские настроения уже давно используются лидерами боевиков для оправдания их существования и правления, особенно в контексте, когда они воспринимаются как иранские агенты. Авиаудары США дали им возможность вновь утвердить свою власть и легитимность, нанеся ущерб борьбе протестующих за демилитаризацию политических сил и ограничение поставок оружия государственным силам.

Более того, заявление госсекретаря США Майка Помпео о том, что антииранские настроения в протестных акциях усиливаются, подвергает демонстрантов еще большему риску быть обвиненными в том, что они являются агентами США, подрывая их решимость избегать иностранного вмешательства.

Огромный политический кризис, в который последние события погрузили Ирак, задерживает политический процесс, за который боролись протестующие и за который многие из них погибли.

Назначение нового премьер-министра и организация новых выборов больше не являются приоритетными задачами, поскольку различные фракции теперь стремятся вновь поднять оружие против США и использовать политический кризис в своих собственных интересах.

В последние несколько дней мирные протестующие стали жертвами жестоких нападений со стороны сторонников Сулеймани и аль-Мухандиса в Багдаде, Басре и Насирии, где были убиты двое протестующих. Ополченцы используют кризис для разгрома протестного движения и навязывания своих политических взглядов.

Высокая цена

Иракские гражданские лица заплатили высокую цену за вторжение США в 2003 году и оккупацию их страны и за ужасные последствия оккупации для их жизни, начиная с разрушения иракского государства, уже ослабленного десятилетними санкциями ООН, и заканчивая введением этно-конфессиональной политической системы, которая погрузила страну в сектантскую войну, приведшую к росту влияния ИГ.

Октябрьское восстание — это героическая попытка простых иракцев, в основном молодежи, взять реванш в политической ситуации, сформировавшейся после 2003 года.

Иранская гегемония над Ираком также является прямым результатом американского вторжения и оккупации. Поддерживаемые Ираном вооруженные группировки и ополченцы, которые теперь считаются террористами администрацией президента США Дональда Трампа, когда-то были союзниками США в борьбе с ИГ.

Обострение американо-иранской напряженности превращает Ирак в поле боя опосредованной войны и вновь погружает его в круговорот насилия.

Иракцы прошли через десятилетия войн, начиная с восьми лет кровавой войны с Ираном в 1980-х годах, а затем разрушительной войны в Персидском заливе 1991 года, вторжения США и оккупации в 2003 году, сектантской войны в 2006-2007 годах и вторжения ИГ и войны против боевиков.

Последствия циклов вооруженного насилия и милитаризации неизмеримы. Этот травматический опыт формирует тела иракцев, их психику и коллективные воспоминания.

Если некоторые голоса в США и во всем мире выражают свое неприятие новой войны, протестующие указывают, что «война» после 2003 года, т.е. после вторжения и оккупации США, фактически никогда не заканчивалась.

Октябрьское восстание является героической попыткой простых иракцев, в основном молодежи, обратить вспять политическую динамику после 2003 года и заявить о единстве и суверенитете Ирака, укрепить государственные институты и обеспечить равные права всех граждан.

Протестная мантра звучит так: «Прежде всего Ирак, нет — Америке, нет — Ирану, нет — войне!». Однако нынешний кризис подрывает все то, за что протестующие боролись и умирали.