Заявление Ирана о том, что он вводит в эксплуатацию еще 30 центрифуг IR-6, является очередной вехой на пути нарушения ядерной сделки. Тегеран пошел по этому пути в мае в рамках своих усилий по оказанию давления на европейские страны и подталкиванию Соединенных Штатов к снятию с него экономических санкций. Практическим следствием этого последнего нарушения является то, что Иран сможет обогащать уран от семи до десяти раз быстрее, чем он мог бы с помощью старых центрифуг IR-1.

Хотя скорость обогащения является нарушением ядерного соглашения, она не улучшит ядерно-военный потенциал Ирана до тех пор, пока он не превысит предел 20-процентного обогащения и не приблизится к 95-процентному уровню, необходимому для производства ядерного оружия. Во время двух предыдущих нарушений ядерного соглашения Иран увеличил объем своего обогащенного урана сверх разрешенных 300 килограммов и повысил процент обогащения до уровня выше 3,67. Правда он был осторожен и не достиг уровня в 20 процентов, что означало бы военные намерения, если не военные возможности.

Скорость обогащения занимает центральное место в ядерном соглашении, поскольку она призвана продлить время, необходимое Ирану для производства определенного количества урана военного уровня. Цель соглашения состояла в том, чтобы обеспечить «время прорыва», необходимое для производства достаточного количества обогащенного урана для создания бомбы, – 12 месяцев, а не два-три. В соглашении говорится, что Иран сможет эксплуатировать центрифуги IR-6 только через восемь лет после подписания соглашения, но взамен ему придется демонтировать старые центрифуги, чтобы не сокращать время прорыва. Иран начинает эксплуатировать новые центрифуги примерно за четыре года до даты, предусмотренной в соглашении, но до сих пор неясно, будет ли он также увеличивать количество обогащенного урана или процент обогащения.

Эти скучные данные показывают, что у Ирана есть пространство для маневра, пока его нарушения не будут считаться критическими или пока они не приблизятся к точке невозврата, что потребует ответа. До сих пор Иран объявлял о своих планах нарушить ядерную сделку и даже разрешил инспекторам изучить масштабы нарушений. В то же время не похоже, что эти нарушения разрушат режим американских санкций или заставят европейские страны внедрять механизм обхода санкций, усиливая раскол между Европой и США.

Ситуация стала развиваться после того, как США в одностороннем порядке вышли из ядерной сделки с Ираном по решению Дональда Трампа в 2018 году и обрушили на Иран экономические санкции (Иран в течение года продолжал соблюдать условия сделки и лишь через год стал нарушать их. – Прим.). Но эти нарушения поставили перед пятью странами, которые остаются участниками соглашения, дилемму: они не только должны решить, в какой момент нарушения Ирана станут критическими, но и как реагировать, если это произойдет.

Перспектива прекращения нарушений со стороны Ирана, скорее всего, заключается в прямых переговорах между Тегераном и Вашингтоном. Трамп стремился сделать это, но его предложения были отвергнуты Ираном. Верховный лидер аятолла Али Хаменеи вновь заявил на этой неделе, что не видит места для таких переговоров до тех пор, пока санкции с Ирана не будут сняты в соответствии с ядерным соглашением. Соединенные Штаты, которые не хотят военной конфронтации с Ираном, исчерпали большую часть имеющихся у них невоенных мер общими и личными санкциями, введенными против режима, но это не изменило иранскую политику. Несмотря на серьезный экономический кризис, вызванный санкциями, иранская экономика все еще функционирует и не демонстрирует признаков коллапса, который угрожал бы стабильности режима. Иран теперь, кажется, больше обеспокоен протестами, которые вспыхнули против него в Ираке и Ливане. Это восстание привело к нападению на иранское консульство в Кербеле в Ираке; протестующие жгут изображения Хаменеи и президента Ирана Хасана Роухани в Багдаде и нескольких городах на юге Ирака.

Иран обвиняет Саудовскую Аравию, Израиль и Соединенные Штаты в инициировании этих демонстраций и подталкивает Ирак к жесткому подавлению протестов. Он даже пригрозил направить иранские войска в Ирак для подавления выступлений.

В воскресенье демонстрации по всему Ирану, приуроченные к 40-й годовщине захвата революционными силами посольства США в Тегеране, в ходе которых в течение полутора лет в заложниках находились 55 американских дипломатов, раздули антиамериканскую атмосферу. Плакаты с надписью «Смерть Америке!» и рисунки Статуи Свободы с отрезанной рукой заполнили улицы, а командующий иранской армией заявил, что война против США ведется за независимость и свободу. С большой помпой правительство приняло резолюцию, в которой говорилось, что школьная программа теперь будет включать уроки по американским преступлениям против Ирана на протяжении всей истории.

Но эти антиамериканские проявления не могут скрыть разногласий внутри иранского руководства относительно политики, которой оно должно следовать, чтобы выйти из экономического кризиса. Противоречивые заявления, сделанные недавно Роухани и министром иностранных дел Мохаммедом Джавадом Зарифом, которые сигнализировали о предварительных условиях для переговоров с США, несмотря на яростно противостоящую этой идее позицию аятоллы Хаменеи, могут свидетельствовать о том, что решительная позиция Хаменеи не является последним словом.