«Мы привыкли получать все в государственных пайках. В предыдущие десятилетия у нас были рис, сахар и чай, но правительство после Саддама остановило это. Теперь они дают нам рис с насекомыми и плохо пахнущее масло. Как они могут думать, что после этого не будет революции? Это революция голода! Раньше у нас были фабрики, где могли работать молодые люди. Сейчас они заканчивают университет и не могут найти работу».

Семьи «мучеников» Садр-Сити предупреждали, что протесты в Ираке возобновятся. 26 октября тысячи людей снова попытались прорваться в зеленую зону — тщательно охраняемый центр Багдада, где находятся административные и правительственные здания. Одновременно протесты охватили южные шиитские регионы страны. Почти немедленно выстрелами полиции и про-правительственных (и про-иранских) милиций были убиты 30 человек. Люди требуют работы, предоставления им коммунальных услуг, чистой воды. Безработица среди молодежи в Ираке достигает 40 процентов.

Протесты в Ираке продолжаются с 1 октября. Семьи и друзья десятков людей из багдадского района Садр, убитых в ходе недавних акций протеста, говорят, что сомневаются в том, что реформы, объявленные премьер-министром, существенно повлияют на нынешнюю ситуацию. Они предупреждают, что протесты будут продолжаться, если они не увидят реальных изменений.

Багдад. По узким немощеным улицам восточного Багдада спешат девушки в школьной одежде. Женщины в черных абайях выходят на улицы, продолжая оплакивать десятки погибших здесь в ходе недавних протестов.

Более 100 человек погибли, многие были ранены в голову и грудь, и еще несколько тысяч получили ранения в ходе протестов.

Бедный пригород Садр-Сити подвергся жестокому насилию, которое главным образом затронуло молодых мужчин и мальчиков, выходящих на улицы с требованием рабочих мест, предоставления государственных услуг и прекращения коррупции.

Этот район был источником поддержки Альянса Сайрун, который занял первое место на выборах 2018 года.

Друзья и родственники жертв клянутся продолжать протестовать до тех пор, пока не произойдет радикальных изменений в управлении страной и распределении ресурсов и рабочих мест.

Представители «Аль-Монитор» говорят с друзьям и родственникам погибших из различных районов Садр-Сити, в том числе с матерью 17-летнего мужчины по имени Хусейн и 21-летнего мужчины по имени Мохаммед.

Их мать, Ум Мохамед, по-арабски мать Мохаммеда, сказала, что потеряла обоих своих сыновей в боях за страну: первого в составе Сил народной мобилизации (СНМ), шиитских ополчений, сражавшихся за освобождение Мосула от Исламского государства (ИГ) (организация запрещена в России, — прим.), когда ему было 17 лет; в то время, как второй, ее 21-летний сын, был убит в ходе протестов в начале октября.

В ее гостиной висят фотографии обоих «мучеников», с черной диагональной чертой поперек одного угла.

«Хусейн, — сказала она, — первый убитый сын, погиб, защищая нацию, а Мохаммед умер, потому что в этой стране у нас нет никаких прав».

«Мы просто хотим справедливости. Здесь нет справедливости, — говорит она, поклявшись, что протесты будут продолжаться и даже женщины выйдут на улицы».

В отличие от протестов «Арабской весны», вспыхнувших в 2011 году в таких странах, как Тунис, Сирия и Египет, на улицах и в видеозаписях протестов в Ираке почти не было видно женщин.

«Мы привыкли получать все в государственных пайках. В предыдущие десятилетия у нас были рис, сахар и чай, — сказала Ум Мохаммед, — но правительство после Саддама остановило это и создало множество бесполезных комитетов». Последнее привело к чрезмерной бюрократии и бесконечным, поощряющим коррупцию мерам контроля.

«Теперь они дают нам рис с насекомыми и плохо пахнущее масло, — сказала она и добавила, — как они могут думать, что после этого не будет революции? Это революция голода!»

«Они были предупреждены раньше», — сказала она, косвенно ссылаясь на протесты в предыдущие годы.

«Раньше у нас были фабрики, где могли работать молодые люди. Сейчас они заканчивают университет и до сих пор не могут найти работу, — продолжает она и добавляет, — нет никакой работы, если вы не вступите в ополчение или армию».

Хусейн сражался с ИГ в отрядах СНМ в 20-й бригаде Лива аль-Тафф. Ему было 14 лет, когда он вступил в СНМ для защиты нации. «Он участвовал во всех сражениях — в Фаллудже, Джурф Аль-Сакре, Киркуке, — продолжает она, — но никогда не получал жалованья. Ему было 17, когда его убили».

…Сотни тысяч добровольцев, главным образом из шиитского большинства жителей Ирака, сражались в рядах СНМ, чтобы покончить с Исламским Государством, придерживавшимся экстремистских форм суннитского ислама и жестоко преследовавшим шиитов. После разгрома ИГ многие бойцы вернулись домой. Но дома их ждали лишь бедность и безработица. Приобретя опыт войны и утратив страх смерти, некоторые из них готовы сегодня бороться против правительства. Шииты составляют 65 процентов от 39- миллионного населения Ирака. Впрочем, в протестах принимают участие и некоторые сунниты, живущие в Багдаде, а так же часть курдов. Протестующие скандируют: «Шииты и сунниты — братья!». Протесты выходят за рамки конфессиональных и этнических общин.

Женщина сказала, что у нее и одной из ее трех дочерей диабет — распространенное заболевание в Ираке, вызванное диетой с высоким содержанием дешевого сахара и риса, и что ее муж тоже болен. Они не могут позволить себе ни собственный дом, ни необходимые лекарства.

Они живут в квартире, которую делят несколько семей в одном из обширных малоэтажных кварталов Садр-Сити, городе, где проживает в общей сложности до 3-х миллионов человек.

Ее 21-летний сын, Мухаммед Хабиб Аббас, был «первым мучеником в протестах на площади Тахрир» до того, как они распространились на Садр-Сити.

«Я не знаю, кто его убил. Их лица были закрыты, но их язык не был нашим. Они не были арабами», — сказала она. Возможно, они были иранцами по словам его друзей, находившихся на площади в то время.

«Они не были похожи на иракцев, — говорит Ум Мохаммед, — и пули, которые они использовали, были взрывчатыми, попадая в человека, они вызывали тяжелые внутренние повреждения».

Из интервью, состоявшемся ранее в тот же день, с 23-летним фотографом по имени Хусейн, также проживающим в этом районе, мы узнали, что у протестующих есть доказательства того, что иранские граждане и про-иранская милиция Сарайя аль-Хорасани были вовлечены в убийства протестующих.

…Иранцы с помощью про-иранской части ополчений СНМ и лояльных им политиков в определенной степени контролируют внутреннюю ситуацию в Ираке. Поэтому они не заинтересованы в уходе правительства и поддерживают нападения на протестующих. В свою очередь, участники протестов требуют прекратить вмешательство Ирана. 26 октября они подожгли офис одного из про-иранских ополчений.

23-летний мужчина и близкий друг убитого 18-летнего протестующего, который живет в другом секторе города Садр, сообщает, что шиитский священнослужитель Муктада Садру, почитаемый многими в этом районе, «сказал нам выйти на улицы, но как иракцам, а не как сторонникам Садра», и что молодые люди были убиты безнаказанно именно потому, что не было влиятельных людей, поддерживающих их.

…Движение протеста в Ираке носит безлидерский характер, и первоначально оно было организовано через социальные сети. В нем участвуют главным образом молодые люди. Молодежь от 15 до 25 лет — это 8 миллионов жителей Ирака. В протестах участвуют десятки тысяч.

23-летний мужчина, попросивший не называть его имени, заявил, что сомневается в том, что какие-либо из объявленных правительством реформ действительно повлияют на ситуацию.

Семья погибшего молодого протестующего не хотела общаться с журналистами. На фоне отключения интернета улицы наводнены слухами об угрозах журналистам и членам семей тех, кто участвует в уличных выступлениях.

Ржавое, ветхое такси с заклинившими стеклами было нанято журналистами «Аль-Монитор» для поездки с окраины Садр-Сити в другой район.

Вдоль дороги развешаны плакаты, восхваляющие достоинства различных ополчений, входящих в СНМ, а на эстакаде висит знамя с эмблемой «Катаиб Хезболла» (про-иранская милиция, входящая в состав СНМ, — прим).

Водитель спросил журналистов «Аль-Монитор», какова ситуация в Садр-Сити, желая получить информацию, так как ощущается ее нехватка из-за отключение интернета. Потом он выхватил свой телефон и показал видеозаписи с Багдадского моста и улиц, где стрельба практически не прекращалась.

На кадрах молодые люди в джинсах и кроссовках с закрытыми ртами, чтобы защититься от слезоточивого газа — многие из них были без футболок — прятались за зданиями и вытаскивали раненых сверстников с линии огня.

Наиболее распространенной жалобой, по-видимому, является неравномерное распределение ресурсов и чрезмерная бюрократия, способствующая злоупотреблениям чиновников.

Однако многие из тех, с кем беседовал «Аль-Монитор», ссылались на веру в щедрость «настоящих иракцев».

Некоторые говорили, что нынешние политики не должны считаться иракцами, поскольку «все их дети учатся и живут в Европе или США».

После смерти в Мосуле младший сын Ум Мохаммед, по ее словам, был похоронен в Вади-аль-Салам в Наджафе, на самом большом кладбище в мире, где выделяются специальные секции для павших бойцов СНМ.

Когда у нее не было денег, чтобы вернуться в Багдад после этого, «настоящий иракец» помог ей, сказала она.