Осман Коса и двое жителей из Башура были убиты в результате стрельбы в ресторане «Хуккабаз» 17 июля. Как утверждалось, Коса был сотрудником консульства, но на самом деле он являлся офицером из Башура (Южный Курдистан), работающим на службы Национальной разведывательной организации Турции (НРО). По подозрению в убийстве арестованы два человека – курды Мазлум Даг и Мухаммад Басиксыз. По словам свидетелей, во время допросов они подверглись пыткам со стороны оперативников НРО.

При этом сотрудники НРО одеты форму Асайиш (силы местной полиции) и Пешмерга (местные вооруженные силы) и в таком виде патрулируют улицы Эрбиля. Это показывает, что турецкое государство хочет вторгнуться не только в Брадост, но и другие районы Башура, а также уже вторгаются в Эрбиль, используя в качестве оправдания инцидент в ресторане. Совершенно очевидно, что Демократическая партия Курдистана (ДПК) открыла двери для этого вторжения.

Прошла неделя с момента инцидента в «Хуккабазе», но с тех пор нет никакого заявления в отношении задержанных и не предъявлено никаких улик, доказывающих их участие в преступлении, за исключением двух спорных фотографий.

КАКОВА ПОЗИЦИЯ ДПК В СВЯЗИ С ИНЦИДЕНТОМ В ЭРБИЛЕ

Сейчас стало очевидным, что внутренний конфликт ДПК достиг критического уровня и разразился великий шторм. Конфликт между Нечирваном и Масруром Барзани обсуждается в статьях, опубликованных в соответствующих СМИ. После инцидента в «Хуккабазе» ДПК стремится скрыть конфликты и проблемы, достигающие уровня столкновений внутри партии, и заморозить конфликты, касающиеся этого инцидента. Но проблемы лишь усугубились, поскольку различные стороны теперь обвиняют друг друга в происшествии.

У ДПК был конфликт с кланами Башура на протяжении всей его истории. Они всегда хотели контролировать кланы и, когда им это не удавалось, прибегали к расстрелу лидеров, а также к расстрелу членов ДПК. Некоторые из этих кланов — Рекани, Зебари, Брадост, Сурчи и Досков. Некоторым главам этих кланов угрожали, а других расстреливали в попытке добиться лояльности клана. Иногда они пытались объединиться с кланами с помощью уз брака. Другим кланам предлагались должности в их правительстве. Кланы молчали о некоторых вещах, но, когда дело дошло до очернения курдских ценностей и вторжения в Курдистан, кланы решили отвергнуть политику ДПК. У ДПК, в свою очередь, были лидеры, которые не прогнулись, и за это их убивали. Так, в 1995 году в деревне Калекин  района Соран глава клана Сурчи Хусайын Агайе Сурчи был застрелен в своем доме. Но клан Сурчи все равно не уступил.

ДПК ПЫТАЕТСЯ УСТРАНИТЬ КЛАНЫ КАК ОДНО ИЗ ПРЕПЯТСТВИИ

Еще один клан, который не пошел на сотрудничество с ДПК, — это Брадост. Он известен тем, что сопротивлялся оккупации на протяжении всей истории. Одно из первых официальных восстаний в курдской истории произошло в 1626 году во главе с Амирханом Брадостом в том самом регионе, куда турецкое государство пытается вторгнуться сейчас при поддержке ДПК. Клан Брадост никогда не принимал политику ДПК, разработанную вместе с Турцией.

В последние два года они снова выделились как клан, который выступает против вторжения турецкого государства в их регион. Таким образом, ДПК сразу же выступила против клана после инцидента в «Хуккабазе». На второй день инцидента Сыддык Брадост, сын покойного лидера клана Карима Хана Брадоста, был задержан в Эрбиле. Известные представители клана в Сидаке также были задержаны. В их домах был проведен обыск. Оружие членов клана было конфисковано. Другой сын Карима Хана Брадоста, Салам Брадост, отправился в Эрбиль, чтобы решить данную проблему, и встретился с ДПК, чтобы узнать о причине давления на его брата и, в частности, на клан. ДПК заявил, что они помогали виновникам инцидента в ресторане. Салам Брадост ясно дал понять, что клан не имеет никакого отношения к этому инциденту. Несмотря на это, ДПК продолжает попытки терроризировать клан, чтобы устранить его как препятствие для турецких оккупационных сил.

ДПК хочет совместно с Турцией обвинить лидеров клана, используя в качестве предлога инцидент в «Хуккабазе», и подготовить общественное мнение.

На сегодняшний день они не смогли объявить о своем сотрудничестве с Турцией, направленного против освободительного движения, и вторгнуться в Брадост, Хакурк и Лолан из-за давления со стороны курдской общественности. Народ Башура и других частей Курдистана протестовал бы против ДПК за поддержку вторжения Турции. Если ДПК будет открыто проводить такую политику, она может потерять общественную поддержку. Теперь они хотят официально заявить о своем союзе с Турцией в отношении этого инцидент, в соответствии с концепцией Эрдогана. Это означает, что они будут сотрудничать с Турцией в войне против партизан.

Этот план был составлен намного раньше, чем произошел инцидент в «Хаккабазе». Незадолго до инцидента Эрдоган заявил, что Турция вторглась в Махмур и в Шенгал. Средства массовой информации Нечирвана Барзани начали публиковать материалы, в которых утверждается, что Пешмерга будет вовлечена во второй этап турецких вторжений на Брадост. За два дня до инцидента Турция сделала заявления, в которых объявила о начале второго этапа вторжения. Эти заявления и данные показывают, что ДПК и Турция планировали вместе продолжить вторжение намного раньше, чем произошел инцидент со стрельбой.

Существует также план, направленный против лагеря беженцев в Махмуре. ДПК окружила лагерь и держала его под постоянным обстрелом. Люди, живущие в лагере, и те, кто работает в Эрбиле, находились под прицелом. Со дня инцидента лагерь находится в блокаде. Жителям города запрещено даже ходить в лес. Таким образом, Партия справедливости и развития (ПСР) и ДПК проводят политику эвакуации лагеря и оказывают давление на людей с целью заставить их сдаться. Но этот лагерь столкнулся со всеми видами угнетения и блокады за 25 лет. ДПК лучше всего знает, что его нельзя заставить сдаться.

КОГДА ВТОРЖЕНИЕ ПОШЛО НЕ ТАК

Вторжение в Брадост не дало им никаких результатов, поэтому они пытаются перевести свои атаки в новую фазу, используя провокации. И теперь в нападениях будут также участвовать силы ДПК – Пешмерга и Асайиш, как и в нападениях против партизан.